- Много чего, - док потёр переносицу, собираясь с мыслями. – Смотри, Настену лучше из больницы забрать. Можно попробовать в санаторий устроить или дома держать, потому что она еще слишком маленькая и может проболтаться матери про нас. Подавать заявление в районный суд лучше нам вместе, сказал, какие документы нужны. Посоветовал урегулировать имущественные споры и не паниковать. Развод в нашем случае дело тоже не быстрое, ребенок же. Обидно, что квартирный вопрос откладывается, но лучше этим заниматься после развода, у Беллы всегда очень хорошее чутье на деньги было. Может начать спекулировать на ребенке.
- Значит, прячемся и шифруемся? – невесело поинтересовался Никки.
- Не афишируем, - вздохнул Виктор. – Прорвемся, будем думать, как заживем через годик в новой квартире. Главное, кошка у нас для новоселья уже есть.
- Кстати о квартире. - Никки решил, что наступил подходящий момент. – Ты уверен, что хочешь жить со мной в одной квартире, да еще в центре?
- Началось! – возмутился док.
- Нет, ты послушай, прежде чем ругаться. Меня многие знают и знают, что я гей. Ты готов совершить такой каминг-аут? Опять же ребенок. Обсуждение, осуждение тех же бабок у подъезда. Они не постесняются и ребенка допросить. Ты готов к последствиям?
- Она называет тебя дядей Никитой, можно сказать, что ты родственник. Двоюродный брат Беллочки, например. Она не из Города, никто не проверит.
- Да, и брат матери спит в одной постели с папой, - хмыкнул Никки.
- Ты усугубляешь.
- Нет, ты недооцениваешь, - возразил Никита.
- И что? Отказаться от идеи, расстаться? Ты это предлагаешь?! – Виктор чуть не кричал.
- Я тут лазил по сайтам и нашел прекрасное предложение – таунхауз в новом районе. Знаешь, где озеро? Классное место. Огороженная территория, никаких бабок у подъезда, соседям друг на друга наплевать…
- Почем денег? – успокаиваясь произнес док.
Никки понял, что идеей заинтересовались и победа близка.
- Сто тридцать квадратов, две спальни, большая кухня-гостиная и мансарда, не помню точно, метров сорок. Ах, да, гараж и парковка на две машины. И за все удовольствие четыре двести.
- Я не потяну, - сник Виктор.
- Мы, потянем, - Ники выделил голосом первое слово.
Виктор поднял на него глаза, в которых плескалась благодарность и надежда.
Глава 18
Следующие два месяца запомнились как один непрекращающийся кошмар. Никки переживал за Виктора, который стремился побыстрее покончить с брачными узами, Белла в принципе не возражала, но откровенно пыталась выторговать для себя условия повыгоднее. К счастью, адвокат был начеку и очень жестко контролировал процесс. Думать о том, сколько в итоге придется заплатить за его услуги, откровенно не хотелось, но ни один совет, ни одна добытая с боем бумага не была лишней – в профессионализме Станиславу Ильичу отказать было нельзя.
К Новому Году Виктор оказался счастливым обладателем свидетельства о разводе.
- Арабелла Буткевич? – Никки неверяще смотрел на бумаги в своих руках. – Сильно, однако.
- Мама с папой назвали Альбиной, - хмыкнул доктор, для которого имя собственной жены не было новостью, - но она поменяла, хотя и до того представлялась исключительно Беллой.
- Да это неважно, - Никита вернул ему свидетельство и нотариально заверенный отказ от прав на ребенка, - главное все позади, и она уже ни в качестве Альбины, ни в качестве Арабеллы нам не страшна. Уехала она со своим факиром и слава богу.
- Именно так, - согласился Виктор, - и ребенка можно наконец из санатория забрать, этот мононуклеоз изрядно помотал всем нервы, не хуже дорогой женушки.
Никита промолчал. Говорить на эту тему и повторять все то, что было сказано не раз, совершенно не хотелось. Настёну отправили в загородный санаторий не столько из-за болезни, сколько из опасений, что добрая мама доберется до дочери, а лишние психологические травмы ребенку совершенно ни к чему.
- Поедешь завтра со мной? – задал вопрос док.
- Не могу, - вынужденно отказался Никки, - завтра плотная запись. Перед Новым годом все кинулись красоту наводить.
- Жаль, - огорчился Виктор, - ну ничего, вечером увидитесь.
Никки согласно угукнул, благоразумно промолчав, что закончив при самом благоприятном раскладе в девять вечера, до дома доберется в лучшем случае в десять. По менее оптимистичному прогнозу возвращение откладывалось до одиннадцати – что делать, предпраздничная неделя требовала жертв.
- Пойдем перекусим, что ли, да и монстру надо тоже покормить, - Виктор покосился на изрядно подросшую кошечку, которая снова сидела в засаде: из-под тумбочки высовывался розовый нос и забавно топорщились усы.
Ходить по квартире приходилось осторожно, Леди отважно кидалась и на ноги, и под ноги, получая несомненное удовольствие от выражений, которыми мужчины сопровождали ее действия. Удивительно, что еще никто не упал и не расшиб голову, хотя привычка быть все время настороже выработалась у обоих довольно быстро.
- Леди, Леди, - позвал Никки, надеясь, что животное отзовется, и ее можно будет поймать.
