– А я все-таки надеялась, что это неправда, – признаюсь тихо.
Внезапно для самой себя.
– Да брось комедию ломать! Ты ведь тоже наверняка поимела с него? Сколько он заплатил тебе? Десять кусков зеленых? Больше? Давай колись. Ему ведь понравилось? Не предлагал повторить?
А вот он и назвал цену. Высокая, однако. Не поскупился Демьян.
Перед глазами начинают прыгать темные пятна. Значит, это правда. Значит, Демьян не врал. Значит, Денис и правда его сын?!
Боже, помоги мне!
Дышу глубоко, чтобы насытить кровь кислородом. Мне жарко и холодно одновременно. Сценарии дальнейших развитий скачут один за другим в голове. Демьян подаст в суд, отберет у меня ребенка. Демьян обвинит меня в мошенничестве, меня посадят, и сына заберут в детский дом. У меня получится сбежать, но я всю жизнь буду бояться каждого куста. Один лучше другого.
– Как же я тебя ненавижу, – произношу беззвучно, одними губами.
– Настя, хорош ломать комедию. Хватит прикидываться дурочкой. Все ты прекрасно знала и понимала. Думаешь, я настолько идиот, чтобы поверить в твою сказку? – снисходительно ведет бровью.
Нет, он не идиот. Идиотка тут я. Причем еще какая! Таких поискать надо.
Отворачиваюсь к окну, чтобы скрыть выступившие слезы.
– Я тебе больше скажу: ты еще больше можешь поиметь с него, – цинично продолжает Артур. – Например, если скажешь, что родила от него. Ты же примерно тогда и залетела? Правильно? Во-от! Лови момент. Глазки невинные, слезу пустила, рассказала, как тяжело одной воспитывать сына, и вуаля – он у тебя на крючке! Ему отцовство ни к чему. Да наверняка к такому пижону каждую неделю ходят ушлые барышни с байками о детях от него, но у тебя козырь: скажи, есть видеозапись с той ночи. Не поможешь – устрою шумиху в новостях. Ему вряд ли нужна такая огласка. Проще откупиться. Главное, цену не задирай. Адекватно подойди к вопросу. А если поделишься, я тебе подкину еще парочку идей, как раскрутить его на бабки. На хорошие бабки! Мы оба будем в плюсе. Я тебе помогу правильно вложить, чтобы деньги работали, проконтролирую. Будешь как сыр в масле кататься. Ты же знаешь, что я разбираюсь в инвестициях.
Артур еще что-то говорит и говорит, но я уже не слышу. Мне мерзко, противно, неприемлемо. Мир перевернулся с ног на голову.
Как я раньше не замечала этого? Ему ведь все равно на человеческие качества, на моральные принципы. Такие, как мой бывший, готовы продать даже родную мать, лишь бы получить материальную выгоду. А я мечтала построить с ним семью. Бог уберег.
Громко звякаю чашкой о блюдце, перевожу взгляд на сидящего передо мной собеседника и неожиданно для самой себя заявляю:
– Нет, дорогой. Наш разговор записывается. И если ты не вернешь те деньги, которые потребовал у Зарецкого за молчание, то тебя привлекут за мошенничество. Ты уже наговорил на статью.
– Чего? – тянет тоном гопника Артур, меняясь в лице. – Ты... ты чего несешь? Какое мошенничество? Ты зачем меня сюда позвала?
Швыряет смятую салфетку на стол и резко подрывается с места. Опрокидывает на стол чашку с недопитым чаем.
Кажется, я была убедительна.
– А ты зачем предлагал мне вчера начать все с начала? Только не говори о высоких чувствах, ладно? – зеркалю устало.
Дальше вести с ним диалог смысла нет. Все, что я хотела узнать, узнала. Пора сворачивать комедию.
Артур пыхтит злобным ежиком. Ноздри раздуваются, как паруса.
– Да... да пошла ты! – не находя оправданий, выпаливает он.
С противным скрежетом отодвигает стул и уверенно марширует мимо меня к выходу.
Вот и поговорили. Отлично. Теперь я знаю правду. Жаль только, что узнала ее слишком поздно, да еще и при таких обстоятельствах. И что теперь с ней делать – ума не приложу.
Из серии: я докопалась до истины, как теперь ее закопать обратно?
Пытаюсь шутить, но выходит плохо. Смотрю стеклянным взглядом вдаль, чувствуя опустошение внутри.
– Девушка, простите, а вы вместе с молодым человеком, который только что ушел? – извиняющимся тоном спрашивает подошедший официант. – Просто он не оплатил счет.
– Ничего страшного. Я оплачу.
– Тогда все в порядке, приятного аппетита.
Я слабо улыбаюсь в ответ и пытаюсь вернуться к обеду, хотя аппетит исчез окончательно.
– Будьте добры, принесите, пожалуйста, хлеба, – слышу знакомый бас.
Оборачиваюсь, чтобы убедиться. Безопасник Демьяна. Игорь, кажется, зовут. Единственный человек, имеющий приоритет входить в кабинет босса без записи и в любое время без приглашения. Он приветливо подмигивает, заметив мое внимание.
Ну вот и приплыли. Только его мне здесь не хватало.
Глава 11
– И что теперь делать? – испуганно присаживается за стол мама.
Наливает себе кружку чая и громко отхлебывает кипяток, не сводя с меня взгляда. Бледнеет.
Я все-таки не смогла удержаться и рассказала ей новость про Денискиного отца. Про свой разговор с Артуром, про перепутанные домики на турбазе, даже про сегодняшний тест на отцовство, о котором мы договорились с Демьяном.
