– А он действительно трус, – заканчивает за меня Демьян. – Даже заявление в полицию написал не на меня, а на тебя. Хотя ты его пальцем не трогала.
– Что ты ему сказал, что он передумал? – спрашиваю, не скрывая любопытства.
Демьян шумно выдыхает, переводя взгляд за окно. Барабанит пальцами по рулю.
– Да ничего особенного. Просто поговорил по душам. Объяснил. С первого раза он не понял, думал, прокатит. Не прокатило. – Демьян снова разворачивается ко мне и смотрит своим пронизывающим взглядом-сканером. – Знаешь, о чем я жалею? – интригует.
– О чем? – повторяю попугаем.
– О том, что решил не вмешиваться в эту ситуацию тогда, на турбазе. Пустил на самотек. Думал, права не имею. А ведь хотел.
– Я помню, – перебиваю непроизвольно. – Мне тогда все время казалось, что ты меня преследуешь. Как будто хочешь что-то сказать.
– Я и хотел, да. Поговорить с тобой лично. Извиниться, прояснить. Но как-то... не получилось. А надо было действовать решительнее.
– Что бы это изменило? – жму плечами.
– Все, – рубит четко.
Настолько уверенно, что мне резко становится жарко. Воздух в салоне пропитывается смыслом этого "все". Проникает под кожу, плавит двойным смыслом. Слишком много невысказанного, но такого волнующего в его одном-единственном слове.
Я сглатываю слюну пересохшим горлом и, чтобы скрыть волнение, начинаю рыться в сумочке, будто что-то ищу. Вжикаю бегунком молнии, запускаю руку вовнутрь.
– Блин! – Одно неловкое движение, сумка выскальзывает из пальцев, падает под ноги и рассыпается женскими мелочами по автомобильному коврику. Пристегнутый ремень не дает нагнуться, чтобы поднять мое жалкое имущество. Я нервно пытаюсь нажать кнопку замка, как мою кисть накрывает теплая мужская ладонь. Пригвождая и одним махом снимая всю суетливость.
Я забываю и про ремень, и про сумку, сосредоточив все свои ощущения на точке соприкосновения наших рук. На том чувстве, которое мгновенно вскипятило кровь в венах от невинной близости.
– Настя, ответь честно: если бы тогда, после нашей ночи, ты узнала правду, – понижает голос до волнующей хрипотцы Демьян, – про то, что с тобой был я, а не твой парень, про то, как он поступил в этой ситуации, про деньги, за которые Артур фактически продал тебя, ты согласилась бы остаться со мной? Выбрала бы меня, зная правду?
Я затаиваю дыхание, потому как его пальцы начинают нежно гладить тыльную сторону ладони, пуская сладкие импульсы по всему телу. В воздухе резко кончается кислород. Поднимаю голову, встречаясь с глубоким карим взглядом, и просто тону в его темных омутах, которые в сумраке кажутся почти черными.
Губы Демьяна настолько близко, что я чувствую его дыхание, а на языке играет вкус его поцелуев.
"Выбрала бы меня?" – проносится эхом в голове, и оттуда вылетают все остальные мысли, кроме этой.
В ушах шумит. Я забываю, что хотела сказать. Что должна была ответить. Что вообще необходимо было сделать.
Просто теряю ощущение реальности. Смотрю в его глаза и залипаю, тону без возможности спастись. Такие красивые, такие желанные. Голова идет кругом от осознания того, насколько близко мы с ним подошли к черте. Осознанно! К той самой, после которой назад дороги не будет. И Демьян это тоже понимает. Я вижу. Чувствую.
Как в замедленной съемке наблюдаю за тем, как он наклоняется, мягко накрывает мой рот поцелуем. Ведет языком по контуру, раскрывает губы, и... меня накрывает. Я проваливаюсь с головой в свои ощущения. В самое жерло бурлящих эмоций, которые вытесняют все лишнее на задний план.
Мир сжимается до одной точки, где существуем только мы. Я и Демьян.
Мужские пальцы безошибочно находят самые отзывчивые точки моего тела. Даже в тех местах, где, казалось, их не может быть. Гладят, дразнят, распаляют.
Изнутри рвется стон. Я подаюсь Демьяну навстречу, обвиваю его шею руками и подставляю свою под его поцелуи. Жадные, горячие, жалящие. Он спускается губами от уха до ключицы, оставляя за собой влажную дорожку. Ласкает языком впадинку, склоняется к груди.
Я теряюсь уже на этом моменте, задыхаясь от нахлынувших чувств, от острого желания, что болезненным спазмом сводит низ живота. Шепчу его имя, зарываясь в густых жестких волосах, пока Демьян продолжает проверять меня на прочность сладкой пыткой.
И плевать, что мы в машине, что нас могут увидеть. Плевать, что завтра я могу пожалеть о случившемся. На все плевать. Лишь бы Демьян не останавливался.
– Настя... – слышу фоном, когда его пальцы подводят меня к самому краю.
К пику наслаждения, который вот-вот смогу покорить. Выгибаюсь, пытаясь достичь максимума. Свожу колени, хватаясь одной рукой за какой-то выступ в двери. Перед глазами пляшут звездочки.
Так хорошо мне давно не было. Так сладко, что даже больно. Кислорода в воздухе все меньше. Тело как один оголенный нерв. Еще чуть-чуть, еще немного. Я закусываю до боли губу, вжимаясь в сиденье, задерживаю дыхание и... взрываюсь на мелкие осколки, на мириады вселенных от ослепительного оргазма, что накрывает меня с головой. Дает спасительную разрядку и на короткий миг делает самой счастливой.
