Никита. Не слишком разборчивый мальчик, который строил из себя нечто с претензией на утонченность. Требовал называть себя не иначе, как «Никки», полагая, что в этом есть шик и доля аристократизма. Милый наивный юноша, который, несмотря на весь его постельный опыт, все еще надеялся найти в чьей-то койке большую и чистую любовь. Находился по большей части здоровый секс, но Никки был рад и такой замене, которая все же позволяла не чувствовать себя одиноким и никому не нужным. Не хотел он также признаваться родным в своей ориентации, а посему мечты о встрече с единственным носили скорее гипотетический характер.
В свободное от поиска своей половинки время парень трудился парикмахером в считавшемся элитным салоне, что играло мне на руку и решало проблему со стрижкой. Время от времени он укорачивал мою шевелюру на пару сантиметров, не позволяя патлам слишком отрастать. В подробности своей двойной жизни я его не посвящал.
Никки провел у меня всю ночь и половину субботы. Сказать, что я испытал облегчение, когда он ушел, одарив напоследок страстным поцелуем, это ничего не сказать. Почему-то именно сейчас беззаботный треп раздражал, хотелось просто секса, а не досужих разговоров и телячьих нежностей, а его как назло проперло именно на это. Возникла даже шальная мысль, что вызвать платного мальчика было бы проще: не нужно было бы тратить силы на бессмысленные разговоры - и которого можно трахнуть просто и без затей.
Настроение, испортившееся еще в клубе, выправляться не спешило. Да и с чего бы? Понедельник страшил своей неопределенностью. Становилось не по себе при мысли, что придется сидеть с ним в одной комнате, фактически на расстоянии вытянутой руки и ломать голову, пытаясь определить: Узнал? Не узнал?
Остаток субботы прошел у телевизора с пивом и сушеным желтым полосатиком. Тоска. Общаться ни с кем не хотелось. Позвонил было отец, но поняв по моему тону, что сынок не в духе, быстро распрощался, предложив приехать, ежели что. За что люблю своего старика: вот никогда не будет лезть в душу, выпытывая подробности и давая кучу бесполезных советов, особенно по телефону. Предложить конкретную помощь, пообщаться лично – другое дело. Только сейчас мне это не нужно, при всей любви к нему хочется просто побыть одному, забиться в нору и попытаться решить, как быть дальше.
Воскресенье прошло также бездарно, разве что уборка-готовка немного отвлекли от навязчивых мыслей. Зато ночью подсознание оторвалось по полной программе. Все то, что днем я загонял как можно глубже, не желая вспоминать, поднялось и вылилось в совершенно непристойные по своему содержанию сны, где пресловутый блондин извивался в моих объятиях и жарко шептал в ухо всякие непотребства. Надо ли говорить, что проснулся я утром в мокрых трусах?!
На работу удалось попасть только к одиннадцати. Нет, занятий по понедельникам не было, но должность зама, от которой новый шеф меня не освободил, требовала появляться на рабочем месте гораздо чаще.
- Георгий Сергеевич, не могли бы вы все же щадить мои глаза, - этими словами вместо приветствия встретил меня начальник, едва я переступил порог кабинета.
- Здравствуйте, Евгений Альбертович! – саркастически произнес я, благодарный в глубине души за такую встречу. Ведь поздоровайся он как обычно и задержи на мне взгляд, кто знает, как бы я отреагировал? Хоть и не малолетка, но борьба с собой и мокрые сны не способствуют душевному равновесию.
Заведующий сидел в кресле, прикрыв ладонью глаза и опустив голову.
- И как мне прикажете смотреть на вас целый день, когда вы в таком… - шеф посмотрел на меня из-под пальцев и вздохнул.
- А вы не смотрите, я, знаете ли, не миллионер, и даже работая на двух работах, не могу позволить себе костюм от Армани. Зарплата преподавателя не позволяет-с, знаете ли! – нападение лучшая защита, а вообще, даже если бы я нарочно хотел вырядиться почудней, то и тогда вряд ли вышло бы так хорошо. Прикид был что надо: мой замечательный коричневатый костюмчик чудесно оттеняла рубашечка в веселенькую лилово-желто-синюю клетку, к ней был надет бордовый галстук, широкий и короткий с жирным пятном на нижней трети. Господи, откуда он у меня? Вообще не помню. Поспешно запахнул пиджак и застегнул на все пуговицы. Вот что значит одеваться на автопилоте, думая совершенно о другом.
- Георгий Сергеевич, - устало произнес завкаф, - вы все же преподаватель и мой заместитель, а не клоун.
Я опустил глаза на минуту представив себя со стороны: растрепанный мужик неопределенного возраста в роговых очках и нелепом наряде. Посмотрел на начальника, который как всегда был элегантен, гладко выбрит и являл собой образчик успешного человека. Эх, лучше бы не смотрел! Сразу вспомнилось то, каким он был в клубе, и волна жара прокатилась по телу. Пришлось поспешно плюхаться за стол, чтобы не попасть в неловкое положение. К счастью, пришла смска, и я отвлекся на поиски телефона, который сунул в объемистый портфель, перестав обращать внимание на полный укоризны взгляд начальника. Друг писал, что меня целых два дня разыскивал в клубе какой-то блондин.
