Понимаю? Да мне даже в голову это не пришло. Как, впрочем, и то, что сюда без приглашения врываться не принято. Хотя, если бы подумала, сообразила. Вот только времени на размышления у меня не было.
– Простите, Великая. – На миг покаянно склонила голову, а потом перешла к тому, что меня действительно волновало. – Верховная, это сирра Вионна…
– Наида императора Раиэсса Айара, – подхватила Сва, пристально изучая мою спутницу.
Впрочем, интерес оказался взаимным. Вионна, приоткрыв от изумления рот и почти не мигая, в упор рассматривала богиню. В ее взгляде читалось многое – потрясение, смущение, предвкушение, восторг. Все… кроме страха. Удивительно. Перед любящим ее мужчиной она трепетала от ужаса, а «злокозненной Проклятой» не испугалась, сразу приняв ее и поверив. Или это проявился тот пресловутый голос крови, которая связывала ее с богиней?
– Она умирает, Великая.
– Вижу… Ты решила отдать ей дар Эоноры?
– Да.
– Если помнишь, я предлагала его именно тебе, – нахмурилась Верховная. – Тебе. Не ей.
– Ей он нужнее. – Усадила Вионну у стенки и упрямо шагнула вперед, к цветку, в сердцевине которого удобно расположилась богиня. – Я и со своим-то еще толком не разобралась.
– Ох, Катя, Катя… – неожиданно легко рассмеялась Сва, – а я ведь знала, что именно так и произойдет. Душа Оделфри, пусть и в новом теле… Ты слишком на нее похожа, дитя. Исцеляющая… не Карающая.
Неопределенно развела руками: чего нет, того нет. С детства не нравилось причинять людям боль, физическую или душевную – все равно. Чувствовала себя после этого невероятно гадко. И пройти мимо чужого несчастья никогда не могла.
– Ладно, – Верховная оттолкнулась от опоры, легко взмывая в воздух. Теперь только спираль волос соединяла ее с постаментом, – ты взяла на себя ответственность за этих женщин, и я обещала, что соглашусь с любым решением. Но если хочешь спасти Вионну, ритуал придется провести немедленно. Готова?
– Нет, – ответила как всегда предельно откровенно, – но я справлюсь…
Когда мои связанные окончательно пришли в себя, все было кончено.
Вионна и Эонора, погруженные в глубокий целебный сон, остались на ночь в святилище. Кариффа тоже задержалась – богиня каждый день понемногу возвращала ей заимствованную когда-то энергию. А я сидела на диване в гостиной и, прикрыв веки, с блаженной улыбкой слушала, как Теомер с Вольпеном наперебой меня ругают.
– Кэти, ты поступила безответственно.
Тео… Наверняка сейчас грозно хмурится, как только он умеет. Мне даже глаз открывать не надо, чтобы понять, что он сердит, очень обеспокоен – причем больше всего тем, что я могла пострадать, и не желает слушать оправданий.
– Да, Кэти, почему ты нас не дождалась?
Венн… Озадачен, огорчен, но готов понять и принять объяснения. Маг давно научился доверять мне, а вот Теомер все никак не успокаивался: постоянно опекал и контролировал каждый шаг.
Убрала ментальный барьер, позволив мужчинам ощутить то, что я чувствую. Утомление, небольшое истощение, абсолютное счастье оттого, что все удалось как нельзя лучше, и искреннюю благодарность за их тревогу, за то, что они у меня есть. Мэтр ласково погладил меня по руке. Наследник поперхнулся очередной нравоучительной фразой и затих. Нити, соединяющие нас троих, засияли, и меня омыло ответным теплом и лаской.
Воспользовавшись внезапно возникшей паузой, пояснила примиряюще:
– К Вионне обязательно нужно было идти одной, вы бы только помешали. – Про встречу с Савардом я благоразумно умолчала. – А что касается ритуала… Есть таинства, в которых имеют право принимать участие только жрицы. Обряд передачи дара – один из них.
– Мы остались бы здесь и при необходимости подпитывали тебя энергией, – продолжал настаивать на своем Тео.
– Нет. В ритуале задействованы совсем другие силы. Это тот редкий случай, когда круг не в состоянии помочь жрице.
– Но… – не сдавался высокородный упрямец.
Надо же, какой упорный!
– Устала… – пожаловалась я, используя извечное женское оружие, чтобы оборвать затянувшийся спор. – И спать очень хочется. Давайте завтра продолжим, а?
Венн выразительно хмыкнул, давая понять, что без труда разгадал маленькую «военную хитрость», но ничего не сказал. Попыталась было подняться, но мне не разрешили, и до своей комнаты я добиралась на руках Теомера.
А наутро, как втайне и надеялась, оказалось уже не до разговоров о моем своеволии. Небо едва подернулось предрассветным маревом, когда нас разбудил настойчивый зов Верховной.
Сва покинула свое «цветочное ложе» в тайной комнате и, сложив на груди руки, с самым невозмутимым видом парила под потолком святилища. Прямо над неизвестно откуда взявшейся силовой клеткой, в которой, обхватив голову руками, сидела Эонора. Рядом с этой своеобразной ловушкой стояла Вионна, нервно поправляя спутанные, всклокоченные волосы. Лицо теперь уже бывшей наиды Раиэсса Айара покрывали многочисленные ссадины и сочившиеся кровью свежие царапины.
Да здесь, судя по всему, настоящая битва разыгралась!
Вольпен с ходу оценил обстановку и бросился к пострадавшей, шепча под нос какие-то заклинания, но был остановлен богиней.
