Право на счастье полностью

Хотя чего ждать от нары, воспитанной в рабском преклонении перед дваждырожденными, если даже Вольпен до недавнего времени рассуждал точно так же? Одинокой молодой вдове, которой в жизни в общем-то ничего уже и не светило, улыбнулась удача – ею заинтересовался полубог. Как говорится, свезло ей, так свезло… просто неописуемо свезло! Однозначно! Кто же в здравом уме от привалившего счастья добровольно откажется? Вот она и цепляется руками и ногами. А что прилюдно нос воротит – так просто цену набивает. Сама же спит и видит, как заживет в новом особняке, купаясь в подарках щедрого любовника. И с магом кокетничает для подстраховки. Вдруг саэр быстро охладеет…

Кстати, о подстраховке.

– Боюсь, сегодняшнее происшествие Летту ничему не научило, – произнесла, хмуро разглядывая мелкую поганку. – А нара Хард с дочерью справиться не способна. К сожалению. Если девочка опять сбежит и начнет докучать гостям, вам, уважаемый мэтр, грозят неприятности.

– Не сбежит, – нехорошо улыбнулся Вольпен. – Обещаю.

– Что вы задумали? – забеспокоилась я, вспомнив Хельму. Как я ни злилась на Летту, не хотелось, чтобы с ней случилось что-то непоправимое. – Надеюсь, не собираетесь стирать память или ставить какие-нибудь печати?

– Стирать память? – удивленно переспросил мэтр. – Зачем? Достаточно легкого ментального воздействия первого уровня. Девчонка станет спокойной, довольной и очень послушной. Отдам приказ, и она будет сидеть на месте как пришитая.

– А потом? – Зябко передернула плечами. Как у них все просто. Раз – и человек во всем покорен твоей воле.

– Такие заклинания долго не держатся. Через несколько дней оно утратит силу, пусть тогда мать с проблемами дочки сама разбирается. К слову, о матери. – Глаза мага остро блеснули, и Стана беспомощно съежилась под его холодным взором. – Наложу-ка я и на нее заклятие усмирения. На всякий случай.

– Делайте, как считаете нужным, – обронила устало, махнула рукой и направилась в свою комнатушку. После всего, что сейчас произошло, на душе остался мерзкий осадок.

Зашла, опустилась на край кровати, посидела немного, сосредоточенно изучая стену напротив, достала дневник и принялась ябедничать. Ну в самом деле, имею же я право хоть иногда кому-то пожаловаться? Пусть и бессловесному артефакту. Хотя… не такому уж и бессловесному.

«Быть неблагодарным – подло, – плавно распахнувшись, согласился со мной дневник. Но не успела обрадоваться неожиданной поддержке, как лист дрогнул, перевернулся, и я прочитала: – … а надеяться на благодарность – глупо».

– Никто особо и не надеялся, – упрямо поджала губы, – я делала это не для Станы, а для Тиссы и ни о чем не жалею. Но все равно обидно… Немного.

«Благодарность и предательство – начало и конец одного пути», – продолжала настаивать книга.

– А вот с этим не согласна, – возразила я, начиная привыкать к нашему странному диалогу.

На этот раз дневник не сразу отреагировал. Помедлил, как будто обдумывал, что ответить, а потом мне открылась очередная мудрость: «Каждый шурх на своей кочке сидит, только один край болота видит и не догадывается, как огромен мир. Не жди, что он обретет крылья и взлетит над землей. Тогда и разочарован не будешь».

Снова быстрое мелькание страниц.

«Люди видят лишь то, что рассчитывают увидеть. Слышат то, что желают слышать. Верят в то, во что хотят верить».

Ну что ж, верно, пожалуй.

Нара Хард – обыкновенная простолюдинка, даже не дочь сказителя, как Урга. И она действительно убеждена, что одинокая молодая вдова Рина Варр только выиграла от сложившейся ситуации. Можно сказать, сорвала джекпот. Так что мы в расчете. Их семья способствовала моей встрече с наследником – я согласилась отправиться в усадьбу наместника в Сидо, заехать на несколько дней в поместье Боргов и найти Летту. Всего то! Тем более идти к Теомеру и просить за старшую дочь женщина поначалу не собиралась. Именно я ее убедила, настроила, подстегнула, практически вынудила. Ну а младшую и вовсе маг назад привел. С точки зрения матери, мне даже делать ничего не пришлось.

Так все выглядело, если посмотреть на ситуацию глазами Станы. Она ведь не догадывалась о моих договоренностях с Теомером и Вольпеном.

– Нара Варр, – послышалось от двери, – простите, что заставил ждать, нужно было отдать несколько распоряжений. Зато теперь до церемонии выбора нас никто не побеспокоит.