Наверняка подстава была! Ему дедка подсунули полудохлого, а мне Веронику выдали. И ничем не гнушаются, мрази.
- Адрес есть? Где она в Москве живет? - подхватываю с вешалки куртку.
- Степ, ну ты серьезно? – подскакивает следом брат. – Ты прямо к Зорину на хату завалиться хочешь?
- А есть еще варианты? – смотрю в упор.
- Остынь, а? - умоляет меня Юрка. – Она пока в Питере. Обратно не возвращалась. Вроде на работу устроилась.
- Она работает? – вскидываюсь в злости. – Где? Кем? – яростно отбрасываю куртку на диван и возвращаюсь к столу.
- В деле все есть, - усмехается мой самый близкий родственник. – Я тебе в электронном виде присылал. Но ты видимо, только фотки рассматриваешь.
- Что там? – устраиваю голову на высокой спинке кресла. Прикрываю глаза, стараясь обуздать кипящую внутри ярость и выдыхаю нетерпеливо. – Давай, Юра, рассказывай.
После ссоры с братом я остаюсь в Питере. Отказываюсь от престижной работы. Живу в квартире с отцом и мачехой. Устраиваюсь в научную библиотеку частного юридического университета. И готовлюсь к поступлению в аспирантуру. План кажется мне идеальным. Народ в библиотеку захаживает редко. Залы почти пустые. Никто не мешает готовиться к экзаменам.
«Ну или почти никто», - поднимаю глаза на подошедшего старичка.
- Вы меня извините, милая девушка, - просит он дребезжащим голосом. – Я потерял пропуск. И боюсь, им воспользуется злоумышленник, - шепчет он театральным полушепотом. – Вы можете посмотреть в программе? Афиногенов Аристарх Николаевич. Я – профессор кафедры философии…
- Сейчас проверим, - улыбаюсь успокаивающе. – Но в любом случае, вы не беспокойтесь. Если по нему никто не вышел, быстренько заблокируем. Я вам выпишу временный пропуск, а когда ваш найдется, то блокировка будет снята.
- Спасибо, милейшая Ирина Николаевна, - прищуривается он, рассматривая мой бейджик.
- Подождите, пожалуйста, я сейчас все сделаю, - показываю на стул за соседним столом. Дедок усаживается, ест меня слезящимися глазами. Ну как ребенок, честное слово.
А я, открыв программу проверяю присутствующих.
Амбарцумян, Афиногенов…
Глаз падает на строчку ниже.
Белов Степан Александрович.
Что? Не может быть! Проваливаюсь в карточку. Паспорт… серия… номер… Оформил сегодня абонемент. Пропуск выдан полчаса назад. Щеки заливает румянцем, руки трясутся.
Этого не может быть!
Белов здесь! Или Криницкий! Один черт! Зачем его сюда принесла нелегкая? Что он мог забыть в научной библиотеке? Особенно сейчас, когда его ищут все, кому ни лень.
Ерзаю, не находя себе место.
Он следит за мной? Ну как?
На автомате блокирую пропуск Афиногенова, выдаю ему одноразовый. И решаю уйти в хранилище. Туда уж точно Криницкий не дотянет свои длинные лапы. Походит по залам и уйдет ни с чем.
- Лидия Васильевна, - обращаюсь к подошедшей напарнице. – Я в архив хочу спуститься.
- Иди, - вздыхает она. – Афиногенову пропуск выписала? Он его раз в неделю теряет. Ничего не помнит, старый пердун, и все сидит на кафедре, на пенсию поганой метлой не выгонишь, и…
Не дослушав, вылетаю из зала в широкий коридор. В ужасе оглядываюсь по сторонам.
Нет никого! Спокойно, Ира! Без паники.
Зябко ежусь, пытаясь взять себя в руки. Приехал…. Явно по мою душу. В совпадения я не верю. Надо спокойно уйти в архив. Время еще есть…
«Ты сама в это веришь?» - усмехаюсь слабо. На секунду выглядываю в высокое арочное окно, за которым льет дождь, спешат под темными зонтами прохожие. Безнадега одна.
Стараясь выровнять дыхание, проскакиваю в дверь служебного входа. Все. Я в безопасности!
Прислоняюсь виском к холодной стене. И немного прихожу в себя.
«Отцу надо позвонить. Пусть домой заберет», - успеваю подумать, как оказываюсь в плотном захвате сильных рук.
- Привет, цыпочка, - выдыхает мне в ухо Степан. Вот как он здесь оказался?!
Красивый тип. В черных джинсах и таком же бомбере он сейчас похож на самого настоящего плохого парня. Никогда не имела дела с такими и не собираюсь. В нос бьет знакомый парфюм. Пробуждает ненужные воспоминания.
- Отпустите меня, - вскрикиваю в ужасе. – Отпустите!
- Хорошо, давай только спокойно. Поговорим с тобой, девочка. Идет? Не бойся меня, пожалуйста,– увещевает Степан. Но мягкий голос никак не вяжется с холодным и мрачным лицом.
- А вы не боитесь? – вскидываю голову. – Каким надо быть идиотом, чтобы заявиться сюда? – шиплю глухо. – Вас же опознают. Уходите сейчас же.
- А, ну ясно. Ты, я вижу, в курсе, - презрительно роняет он и обдает таким холодом, будто это я сбежала из мест заключения и теперь живу по поддельному паспорту.
- Отпустите, - пытаюсь вырваться. – Или я закричу.
Угроза так себе. В эту часть здания мало кто ходит. Хоть оборись, никто не услышит.
- Давай без истерик, Ира, - рычит недовольно Степан. – Я к тебе специально приехал..
- Отпустите меня, - прошу сипло и уже ни на что не надеюсь. Нос заложен селективным парфюмом Криницкого. Его руки привычно лежат на моем теле. Еще минута и я позорно сдамся.
