- Сейчас Сохатый ее найдет. Разберется. Это его человек. А ты говори со мной. О чем хочешь, только не отключайся, пожалуйста!
- О чем же? – уныло переспрашивает жена. – Давай о свадьбе.
- Давай, - через силу улыбаюсь я. А сам с другого айфона пишу распоряжения службе безопасности и Пете Сохнову. Сейчас каждая минута на счету. Надо успеть.
«Я подскочу, брат», - тут же приходит сообщение от Сохатого. – «Все будет нормально. Не боись».
А я боюсь. За Иру боюсь, за нашего неродившегося ребенка. И кто же такой бессмертный мне объявил войну? И на кого работал Олег, мы так и не выяснили. В козни Артамонова я не верю. Не такой он человек. И мы с ним с первого курса универа вместе. Он не мог. Тогда кто?
- Заявление в ЗАГС можно отправить через Госуслуги, - печально вздыхает Ира.
- Не слышу в голосе энтузиазма, - смеюсь в трубку. Заставляю себя. Сейчас главное, не напугать Иру. Я и сам боюсь. С какого хрена на мою семью объявили охоту. И главное, как Ирку вычислили?
Может, через Зорро выследили? Олег точно знал, чья она сестра.
- Степа, мне страшно, - вздыхает Ира. – А если б я села в эту машину…
- Не паникуй, Ирочка. Если б у бабушки были яйца, это был бы дедушка, - пресекаю строго. Но Ира моя абсолютно права. Где бы я ее искал? И какие требования мне бы выдвинули? И главное, как все подсчитали грамотно, суки. В день моего освобождения приехали.
- Да мы сами подадим заявление, Ирочка, - роняю порывисто. – Ждать месяц я точно не собираюсь. Надо, чтобы нас сразу расписали.
- Так не бывает, - тянет Ира.
- Положись на меня, дорогая, - заявляю решительно и тут же слышу как в трубке бьется вторая линия.
Брагин!
Твою ж, мать… Невовремя звонок. Ох, невовремя. И не ответить нельзя.
- Повеси минуту, - прошу любимую. – Это из Дубайска по нашему вопросу звонят.
- Да, хорошо, - порывисто соглашается она. – Ты мне потом все расскажи, Степа!
- Обязательно, - улыбаюсь я и переключаюсь на вторую линию. – Слушаю, Александр Иванович….
- Степа, приветствую, - рокочет в трубку Брагин. – Особо порадовать нечем. Мой человек встретился с Манзуром. И хоть о женах говорить непринято, но главное удалось узнать. У самого Манзура жена француженка. Ей около сорока… Она идеально подходит под твое описание, но…
- Это не она, - ощерившись прикусываю губу.
- Не она, конечно. Но Манзурс детства дружит с шейхом Рашидом. Это его дальний родственник и глава Раджистана. Он старше Манзура лет на десять и является для него эталоном во всем.
- То есть, ты хочешь сказать, - выдыхаю нетерпеливо.
- Да, Манзур во всем копирует Рашида. Те же машины, дворцы по одному проекту, и очень похожие женщины. Только это не Дубай, сам понимаешь…
- Может, поэтому до сих пор и не удалось найти.
- Да, не там искали, - подводит итог Брагин. – Я перетер кое с кем из близкого окружения Рашида. Под твое описание подходит первая и любимая жена шейха. Ей пятьдесят два года и она - русская. Наш человек обещал помочь. Но желательно, личное присутствие. Отправляй доверенного человека, Степа. Я дам все вводные.
- Благодарю, - выдыхаю порывисто. И закончив разговор, переключаюсь на главную линию.
- Ирочка, - зову любимую, а в ответ слышу короткие гудки.
«Сорвалось, что ли?» - перезваниваю на автомате и тут же слышу в трубке металлический противный голос. «Абонент вне зоны действия сети».
- Миха, гони, - рычу не находя себе место.
Звоню Сохатому, Зорро. Но никто не выходит на связь.
- Может, мигалку поставим, Степан Александрович? – поворачивается ко мне Миха.
Обычно я против понтов. Пусть с проблесковыми огнями ездят другие. Те, кому больше надо. Скорая, пожарные… Но не в этот раз.
- Ставь, - рычу, сжав кулаки. Нетерпеливо постукиваю кулаком по кожаной обивке и снова звоню всем подряд. Ире, ее брату и Петьке. И никто, сука, не отвечает.
«Что же там происходит?» - ломаю голову и от всей души благодарю Зорро, что он спрятал сестру в Ярославской области. Тут ехать осталось всего ничего.
«Ирка, зараза такая! Ответь!» - снова и снова тычусь пальцем в знакомый контакт. Бесполезно. Лоб покрывается холодной испариной, за грудиной ноет сердце. Чувствую себя никчемным и бесполезным.
Снова набираю Петьку.
- Да, - рявкает он в трубку. – Степа. Я ничего не понимаю. В номере Иры нет. Валерия Дмитриевна дает показания. Водителя тачки задержали. Это человек Артамонова.
- Ирка моя где? – ору не сдерживаясь. – Ты же мне обещал, бро!
- В том-то и вся фигня. В номере следов борьбы не обнаружено. Вещи все на месте. Верхняя одежда и обувь тоже. Куда твоя жена делась, непонятно.
- Может, есть еще какая-то сила, а мы не знаем? - чешу башку в растерянности.
Но какая сила, блин? Кто воюет с беременными женщинами? Только отморозки какие-то. А среди моих врагов и конкурентов таких нет.
«Ты и Геныча считал своим другом», - напоминает мне здравый смысл. Что-то не вяжется в этой истории, но я пока не могу ухватить мысль за тонкий и скользкий хвост. Ускользает она. Или мелкого пазла не достает, чтобы сложить всю мозаику.
- Проверяем камеры наблюдения в холле, - пыхтит в трубку Сохатый. – Из корпуса она не выходила.
- А камеры на этажах?
