Медленно перемешивала черную жидкость. Кофе на вкус оказался изумительным. Но слишком горьким. Я бы и от сахара не отказалась. Но бабуля Ратти невозмутимо раскладывала свой пасьянс, а Дмитрий Максимович загадочно молчал.
– Как твои успехи в «Леогарде»? – вдруг спросил Львовский. – Нравится работать под началом моего сына? Не обижают?
Едва не поперхнулась горячим напитком.
– Все-таки говорить будем за бизнес? – усмехнулась я.
– Говорить будем за личные дела, – подмигнул Львовский. – Скажи, Руслана, на что ты готова пойти ради исполнения самой заветной мечты? Она ведь у тебя есть, да? Мечта.
Я напряженно взглянула на старика, перевела взгляд на улыбающуюся старушку.
Чертовы махинаторы! В угол загнать себя я не позволю!
– Мечта есть у каждого, – ровно произнесла я. – Покажите мне человека, у которого ее нет.
– Но не каждому мы можем помочь, да, Дусенька? – ласково проговорил Львовский, глядя на старушку.
– Согласна, – кивнула в ответ Евдокия Руслановна, а я поняла, что моя жизнь круто изменится, даже против моей воли.
Стоило ли верить старику? Ситуация не ясна.
Черт! Как же я умудрилась так запутаться, а?! Эта мысль не отпускала меня до самого дома.
Оказавшись в квартире, бросила связку ключей на комод. Голова буквально трещала и раскалывалась.
Принять бы горячую ванну да хорошенько выспаться. А утром, вполне возможно, я вновь почувствую себя человеком.
Но удача отвернулась от меня. Это я поняла, как только прошла в гостиную.
– Все еще взламываешь чужие дома, Влад? – вздохнула я, рассматривая длинные мужские ноги, оказавшиеся на моем журнальном столике.
– Чужие? Ты просто забыла дать мне запасную связку ключей, малышка! – хохотнул Неверский, не особо торопясь убрать ботинки со стола, на котором были разложены бумаги.
– Говори, что нужно, и убирайся, Влад! – жестко бросила я.
Присутствие Неверского в моей квартире не удивляло, но очень раздражало. Влад был последним, кого бы я хотела увидеть перед сном, а тем более – вести с ним откровенные и задушевные беседы после напряженного рабочего дня.
– Ты подумала над моим предложением, Руслана Михайловна? – приступил к делу Неверский.
– Подумала. Ответ прежний, – пожала я плечом и прошла на кухню.
Кажется, визит Неверского не будет быстрым. Или я плохо знаю этого мужчину.
– Твой отец не становится моложе, Рус, – вздохнул Влад и вошел вслед за мной на кухню.
Я ждала, пока кофемашина выдаст необходимую мне дозу ароматного напитка и поможет сохранить трезвость мыслей, несмотря на адскую головную боль и душевные метания.
Услышала тяжелые шаги, а затем – прохладные ладони накрыли мои плечи. Не сказать, что прикосновения были противны. Но я не ждала их. И не собиралась принимать.
– Влад… – начала я, вздохнув.
– Руслана, малышка, – настойчиво проговорил Влад. – Все станет легче и понятнее. Давай говорить начистоту. Ты – женщина. А мир бизнеса – мужская стихия. Твой отец стареет. Тебе нужно прикрывать тылы. А я помогу. Ты ведь знаешь, что я…
– Знаю, Влад, и именно поэтому отказываюсь от твоей помощи, – решительно заявила я. – Я никогда не смогу ответить тебе так, как хочешь ты.
– Руслана, дай нам время, и все придет! – не сдавался Неверский.
– Уходи, – тихо попросила я.
Влад застыл за моей спиной. Его ладони, удерживающие меня за плечи, напряглись, пальцы сжались почти до боли. Но я не собиралась сдаваться. Влад, пусть и был красивым, успешным, молодым мужчиной, все равно являлся совсем не тем, с кем бы я хотела создать семью.
Неверский, преодолев мое сопротивление, поцеловал меня в висок.
Эта игра продолжалась довольно долго, уже несколько лет. Влад наступал. А я держала оборону. И пока что справлялась отлично.
Однако Неверский прав. Отец не молодеет. И он не оставит свою империю мне. Ему нужен наследник. Мужчина. И в настоящий момент не было кандидатуры лучше, чем Влад Неверский – крестник отца, сын лучшего друга семьи и партнер по бизнесу.
Влад ушел из моей квартиры.
Машина сообщила о том, что бодрящий напиток готов.
Но я не шевелилась. Смотрела прямо перед собой.
Выходит, старик Львовский и Евдокия Руслановна правы: других вариантов у меня нет.
– Просыпаемся и пляшем! – жизнерадостный, смутно знакомый голос ворвался в мой сон.
Голос был чудесным, лился сладким медом, прокатывался по венам и жаром выстреливал в бедра. Утренняя фея пожаловала в гости и одарила меня жутким стояком.
Разве может утро быть еще более замечательным? Осталось лишь разобраться, что делает секретарь моего брата в гостиничном номере класса люкс, в котором я остановился. А потом можно и позавтракать.
А нет, судя по стрелкам часов, уже пообедать.
– Руслана Михайловна, утро доброе! – заулыбался я, взглянув на девушку.
Громова, а это была именно она, стояла в паре метров от кровати и смотрела на меня, скрестив руки на груди. Хорошенькой груди, к которой так и тянулись руки. Хотелось проверить ее на ощупь.
– Чем обязан? – поинтересовался я, садясь в постели и не сводя взгляда с девчонки.
– У меня к вам, Прохор Тимофеевич, коммерческое предложение, – приступила к делам Громова.
