- Вот как, — расстроилась, но на удивление не разозлилась Гаретта. Хоть она и была внешне вспыльчивой и злой, как тысяча гадюк, но глупой ее никто бы не решился назвать. Пиратка и сама понимала, что должно быть нечто такое, чтобы страна сохранила свое первенство в магических науках. — Тогда завтра же я начну поиски ему учителя. Ариф как раз хотел заменить нашего старика. Последняя прогулка тяжело ему далась, да и толку было мало… Тогда так! Завтра я покажу тебе кандидатов, а ты скажешь, есть ли от них толк в учительстве и магии вообще. Согласна? Ну а за мной не заржавеет.
Иллит понимала, что Гаретта хотела воспользоваться случаем и вытеснить с корабля показавшегося ей бесполезным корабельного мага, заменив его на более способного, который еще и за дополнительную плату будет учить ее сына. Но сейчас набор запрещен кодексом, так что пиратка должна действовать на перспективу, прикрываясь учительством для сына.
- Без проблем, с этим я помогу.
- Тогда договорились! Рабы покажут тебе твои комнаты, они недалеко от комнат Дерка, так что ты можешь в любой момент взять его на тренировку, хоть днем, хоть ночью. Только не убей и не покалечь, мне из него еще мага растить!
Старательно гревший уши недалеко юноша слегка побледнел, осознав, что его друзья, видимо, не будут ему завидовать. Потому что они его в ближайшее время даже не увидят!
Устроившись в своих покоях, которые состояли из гостиной, спальни и небольшой каморки для раба, Иллит позвала Дерка на первую тренировку. Собственно, она хотела увидеть, на что способен мальчик.
Гаретта к этому времени уже успела вновь уйти. Вероятно, кинулась искать учителя сыну, хотя Иллит сомневалась, что на Трех Чертях найдется подходящий человек. Слишком уж небольшой островок.
На заднем дворе особняка вместо сада была оборудована тренировочная площадка, с которой Дерк уже вполне был знаком. Также юноша весьма неплохо управлялся с саблей, которую носил в ножнах у пояса, но все же он очень хотел обучиться бою с глефой.
- Твоя мать права, глефа — не для корабля, — произнесла Иллит, демонстрируя широкий размах своего оружия. — В тесных корабельных переходах ты просто ею не сможешь ничего поделать. Но если бой идет на палубе, где достаточно места, то глефа станет твоим незаменимым помощником. Чтобы не оказаться в сложной ситуации, советую обзавестись пространственным артефактом, пусть даже минимальной вместимости, куда можно убрать при нужде оружие. И не бросать саблю. В твоем случае оба типа оружия будут отлично дополнять друг друга.
- Но у тебя же только глефа, — недовольно проворчал мальчик.
- У меня есть магия льда, — вокруг Иллит образовались целых три десятка ледяных сабель, направивших свои прозрачные лезвия в сторону Дерка. — Ты имеешь дар воды, это совершенно иное ответвление, так что у тебя не будет возможности создать для себя подходящее оружие в непредвиденной ситуации. Хотя… есть заклинание водяного кнута. Но оно, опять же, для открытых пространств. Да и противник может попасться с защитным артефактом, или, как кермские тени, с устойчивостью против магии. Никогда не знаешь, что может произойти.
- А у тебя? Есть средство против антимагов?
Иллит рассмеялась.
- При определенном уровне силы магия пробивает любую антимагию. Но, чтобы иметь такую силу, нужно быть наполовину потусторонним существом, — глаза Иллит затянуло Тьмой, в глубине которой загорелись парные тлеющие угли жутковатых зрачков. — Это не твой случай, как ты понимаешь.
Глаза девушки снова стали обычными человеческими, разве что с алой радужкой, совершенно несвойственной простым людям. Впрочем, красные волосы в этом мире тоже были чем-то странным.
На следующий день пришел капитан «Саринаи», имя которого Иллит уже заочно знала от Гаретты. Ариф оказался приземистым жилистым мужчиной лет сорока на вид. Обычно в море все пираты зарастали щетиной, но лишь немногие из них на берегу ее сбривали. Сейчас Ариф был гладко выбрит и благоухал какими-то восточными мужскими духами. Капитан был родом из Ашмара, хотя, по его словам, он совершенно не помнил свою родину и даже язык почти забыл, общаясь при нужде на международном. Тем не менее, страсть ашмарцев к благовониям оказалась в нем неистребима. Ариф обожал жечь в курильницах различные ароматические травы и масла.
Капитан и словом не обмолвился о найме Иллит, но его взгляд то и дело становился туманным, словно моряк уходил в себя, подсчитывая свои дальнейшие действия.
