К сожалению, парнишка оказался абсолютно неприспособленным к совместному проживанию. Возможно, виновата была мать, которая молча убирала за сынулей и мужем, но меня это напрягало. С какой стати я должен был мыть посуду за двоих, предварительно разыскав, где он ее оставил? Метод убеждения тут не действовал, надо было придумывать что-то другое, но вот что? Вспоминался майор, вот у кого получилось бы выдрессировать это существо на раз, а меня Васька всерьез не воспринимал, увы. Нет, парнишка был милым, даже в школе учился не на двойки, как я ожидал вначале, только вот манипулировать мной пытался, хотя и безуспешно.
- Ксен, ну почему у нас нет телевизора? – ныл он, - купил бы телевизор, а я бы посуду всегда мыл, и за тебя тоже.
- Нет, Васенька, сначала ты не меньше месяца моешь посуду без напоминаний, а потом я подумаю про зомбоящик, - я не верил, что он столько продержится, и был абсолютно прав – два дня максимум.
- Ксен, как ты обходишься без компа? – ребенок явно страдал, а мне и на работе его хватало.
- Молча, - отвечал я, пытаясь сосредоточиться на переводе.
- Мне скучно, - ныл он.
- Василий, скучно бывает только дуракам, умный человек всегда найдет, чем себя занять.
- Какой же ты зануда, - Васька закатывал глаза к потолку.
- Какой есть.
Такие диалоги с небольшими вариациями происходили у нас почти каждый день. К сожалению, таланта воспитателя у меня не было. С горя я даже поперся советоваться с психологом, потому что реально не знал, как себя вести, но во время полуторачасовой беседы кроме умной мысли, что с ребёнком надо говорить, ничего больше не услышал.
Наше существование превратилось в постоянную битву интересов, в которой не было победителя. Наверное, психолог была права в чем-то, и мне надо было больше уделять внимания проблемам парня, только и своих хватало. На работе пошли договора с Германией и составлены они были адскими немецкими юристами на такой чудовищной смеси англолатыни с немецким, с немецкими же суффиксами и префиксами, что для того, чтобы разобраться во всей этой мешанине, пришлось брать уроки немецкого. Голова пухла, трещала и напрочь отказывалась грузиться еще и проблемами мелкого. Максимум, на что меня хватало – это на рявк по поводу неметеного пола и очередных тарелок на подоконнике.
Мне снился совершенно дурацкий сон. Будто бы здоровенный сенбернар, такой же слюнявый и бесцеремонный, как в фильме «Бетховен», забрался в мою кровать и увлеченно мусолит мне ухо. Было жутко противно, но проснуться никак не получалось, хотя в какой-то момент я вдруг понял, что вовсе и не сплю. В роли Бетховена выступал наглый рыжий Васька. Он залез ко мне под одеяло и, навалившись всем телом, увлеченно слюнявил мое ухо.
- Какого хрена?! – я резко развернулся, от неожиданности парень свалился на пол, но все равно попытался подобраться к моему лицу поближе.
- Ксе-ен, - жарко зашептал он, - трахни меня, пожалуйста, сил нет!
- Ты охренел? – хриплым после сна голосом поинтересовался я.
- Тебе что, жалко?
Потрясающая логика!
- Василий, меня не возбуждает твоя тощая задница! Иди подрочи и спи!
- Дрочил! Не помогает, хочу член в задницу, - он опять предпринял попытку забраться ко мне в постель.
- Вася! Твою мать! – я снова спихнул разошедшегося парня на пол. – Я тебе завтра вибратор куплю, только отстань.
- Тебе хорошо, у тебя Светка есть, - продолжал ныть он, отползая к себе в угол, - а мне вообще трындец. У меня переходный возраст и гормоны! – возвысил он голос, видимо рассчитывая вызвать жалость.
- Вибратор, завтра, - твердо произнес я. – А что, кстати, стало с твоим бойфрендом?
- Что, что, - донеслось бухтение с кресла, - отчим вычислил, кто это, пошел и настучал. Пашку заперли, сначала даже в школу не пускали, потом вроде поуспокоилось. Только он от меня шарахается. Да и негде нам теперь, - донеслось совсем глухо, видать, Васька залез с головой под одеяло. – Про вибратор не забудь!
Забудешь тут, как же! Придется два брать, я, может, тоже давно хочу. Член в задницу.
- Вась, давай договоримся, - озвучил я внезапно пришедшую в голову мысль, - я оставляю тебе помещение в полное распоряжение в воскресенье, а ты мне в субботу. Как тебе идея?
- Это как? – он сел, и в голосе явно прорезался интерес.
- Да очень просто, ты по субботам гуляешь часов с одиннадцати утра и до шести вечера, а я то же самое делаю в воскресенье.
- Отличная идея, - одобрил Васька, - только ты мне денег на киношку будешь давать?
Пришлось согласиться, за счастье не видеть и не слышать это рыжее сокровище хотя бы часов пять тысячи было не жаль.
- И про вибратор не забудь, - напомнил, почти засыпая, этот милый мальчик.
Глава 22
Остаток ночи пошел без эксцессов. Утром Василий вскочил с постели, как ужаленный, и убежал в школу на полчаса раньше, стараясь по возможности не попадаться мне на глаза. Странный какой-то. Как ночью делать неприличные предложения – так ни смущения или неловкости, а как утром в глаза посмотреть, так стыдно.
