Право последней охоты полностью

Мокрые ветви нещадно хлестали по лицу, а узловатые корни так и норовили уцепиться за ноги, которые, словно обретя собственные глаза, ловко перепрыгивали через ямы, камни и поваленные деревья. Капюшон снова соскользнул назад, и промозглая морось сыпалась за воротник, ледяными струйками сбегая по разгоряченной спине. Отсветы царапающих небо молний выхватывали из полумрака коротко остриженные светлые волосы, дождевые капли, застрявшие в покрывающей щеки щетине и глубоко посаженные цепкие глаза, всматривающиеся в зеленоватый туман. В ушах гулко бухало сердце, но, заглушая его, в них еще стояло эхо чьего-то отчаянного крика.

— База, это третий, база, вызывает третий, ответьте! — человек перешел на шаг, подняв руку к уху и вслушиваясь в шум радиопомех, — третий вызывает базу!

Ответом был только шелест дождя, смешивающийся с трескучим шепотом эфира.

— Общий вызов! Общий вызов! Вызывает третий, ответьте!

Молчание.

— Черт! — человек вскинул винтовку к плечу и снова побежал, пристально обшаривая взглядом окружающий лес и ловя глазами каждое подозрительное движение. По голове и плечам забарабанили крупные капли начавшегося ливня, а предрассветные сумерки сгустились так, будто день сегодня решил сразу смениться ночью, даже не успев толком начаться.

До лагеря оставалось около полукилометра, когда человек резко остановился, к чему-то прислушиваясь. Так и есть! Кто-то двигался ему навстречу, причем, не особо беспокоясь быть замеченным. Треск ломаемых веток и тяжелое захлебывающееся дыхание далеко разносились по затянутому сырой мглой лесу. Определив направление, человек пригнулся и беззвучно растворился в изумрудной листве.

Впереди, между деревьями мелькнул грузный силуэт в камуфляжной куртке. Человек прищурился и, тихо выругавшись, вышел из-за дерева.

— Лемех!..

Только благодаря отменной реакции, он успел выбросить вперед руку и отвести в сторону наведенный на него ствол.

— Лемех, это я!!!

С шумным вздохом облегчения беглец уронил руки и почти повалился на товарища.

— Иган? Ты? Ты где был? — слова с трудом прорывались сквозь тяжелое, с присвистом, сопение.

Тот, кого назвали Иганом, отстранил его от себя и бегло осмотрел. Спутавшиеся, облепившие лицо мокрые волосы, перепачканный в грязи комбинезон, и бегающий по сторонам, испуганный взгляд голубых глаз — чтобы довести бывалого Лемеха до такого состояния, требовалось что-то действительно экстраординарное.

— Я патрулировал свой сектор, а вот что здесь делаешь ты, Лемех? Что там случилось? Кто стрелял?

— Они все мертвы! Все!

— Кто все?

— Все! Лагерь уничтожен! Нам всем крышка! — было странно слышать в голосе здорового мужика откровенно хнычущие нотки.

— ЧТО СЛУЧИЛОСЬ!? — Иган обхватил Лемеха за плечи и крепко встряхнул. Но даже сквозь толстую утепленную куртку он почувствовал, что тот весь дрожит.

— Я не знаю, Иган, клянусь, — взгляд Лемеха, наконец, сфокусировался на собеседнике, — но они все мертвы.

— Каким образом!? Кто их убил!? Когда!?

— Понятия не имею, я услышал по рации крики и выстрелы и побежал выяснять, в чем дело.

— И что?

— На дороге я встретил Свешника, и дальше мы пошли вместе. На подходе к лагерю он оставил меня прикрывать, а сам двинулся вперед один.

— Что с лагерем?

— Он уничтожен! — Лемех, то и дело оглядываясь по сторонам, переминался с ноги на ногу, как будто ему нестерпимо приспичило в туалет, — Я близко не подходил, видел только разорванные палатки и втоптанный в землю джип.

— Как это, «втоптанный»?

— А так! Будто на нем великан какой-то скакал, — вспышка молнии расчертила тенями искаженное от страха лицо, — Я понятия не имею, что там произошло!

— Ладно, рассказывай дальше, только быстро.

— Я не знаю, что случилось потом… — Лемех снова начал поскуливать.

— В смысле? — продолжал наседать на него Иган.

— То есть, я… я что-то видел, но не могу это объяснить…

— Хватит, не томи! Что ты видел?

— Там, за дождем и в тумане было не очень хорошо видно, но Свешник вдруг что-то крикнул и открыл огонь.

— В кого он стрелял?

— Не знаю, я никого не видел… — Лемех умолк.

— Ну?

— А потом…

— Что!? Что потом? — каждое следующее слово приходилось вытаскивать из несчастного чуть ли не клещами.

— Потом он… развалился.

— ??? — Иган и сам запнулся, подыскивая слова.

— Проклятье!!! — взорвался Лемех, — я никогда не видел ничего подобного, хотя повидал на своем веку всякое! На моих глазах люди подрывались на минах, их разрывало пулями из крупнокалиберного пулемета, при мне человека загрызла разъяренная львица, но тут…

— Так что же все-таки случилось со Свешником? Ты расскажешь или нет!?