Уильяма бросило в дрожь. Он хотел как лучше, а получалось так, что себя виноватым начинал чувствовать. Что за скотство-то такое?
- Д-да я не виноват, - запнулся Уильям. - Господин Гилли, я же по закону хочу, чтобы...
- Ладно, ладно. Говори, - Гилли сморщился, закинув ноги на стол. - Что случилось?
- Мы шли с тренировки, и значит, Вандеру приспичило.... - Уильям изложил всю историю, под конец которой Гилли задумчиво выпускал кольца пара.
- Ограбили, говоришь? Нет, с одной стороны я с ним согласен, но с другой... С чего это он решил, что сам может закон нарушать? Иди, - отмахнулся Гилли.
- А-а, я-я, - Уильям начал заикаться, приложив руки к груди. Он с надеждой смотрел на сумку, как на игрушку, которую собирались отобрать.
- А, это! Хрен тебе, - Гилли подтянул к себе сумку. - Опишу.
- Господин Гилли, только вы, пожалуйста, никому, ладно?
Гилли кивнул, и Уильям вышел.
- Вот идиот, - усмехнулся Гилли, вытаскивая из сумки драгоценности, и разглядывая их. - Опишу, как же...
Гилли вызвал Вика, и тот должен был прийти минут через десять. Ректор встал, устало прошелся по кабинету, и встал у окна. Одни проблемы с этим Вандером. Недавно вот, вспоминал он, прислали интересные материалы на него. Насколько надо быть придурком, чтобы душить беззащитное животное? Гилли не понимал. Ладно, порчу репутации преподавателей в школе еще можно простить, неподчинение тоже, дети есть дети, но живодерство! Гилли передернул плечами, сжав губы в тонкую нить.
Вот хорошо, что знакомый ректора из медкомиссии успел снять копии личного дела Вика, прежде чем оно исчезло, и ему на замену не пришло новое. Всякое с документами бывает, но чтобы так... Странно это все. Стало очевидно - местечко для парня купили. Причем купили самым наглым из всех возможных способов. Проплатили всех, кого только можно было.
Вик вошел без стука, и вопросительно посмотрел на ректора. Гилли сел за стол, сделал очередную затяжку, а затем стал пристально смотреть на Вика, выдыхая пар из носа. На лице ректора отразилось умственное усилие, потому что решение приходилось принимать не легкое. Он сцепил пальцы в замок, и кивком пригласил Вика сесть.
- Что вы хотели, господин Гилли? - спросил Вик, заняв стул перед столом. - Мне завтра на занятия.
- У тебя, дорогой мой, - начал Гилли, с сожалением вдохнув, - уже не будет никаких занятий.
- Почему?
- Ты толковый студент. Из тебя бы вышел хороший полицейский. Очень хороший. Мне даже жалко отчислять тебя, если честно, - Гилли с досадой стукнул кулаком по столу, и с какой-то тоскливой злобой посмотрел на Вика. - Вот как ты мог так облажаться? Ты же лучший студент! Лучший, по всем параметрам! Тебе в Генералы надо, ты прирожденный стратег, а я теперь не смогу тебе этого обеспечить.
- В чем дело?
- Не включай дуру, - скривившись отмахнулся Гилли. - Тебя видели в переулке. Видели с награбленным добром. Попался ты под камеры, и под глаза любопытные тоже попался.
Почувствовав, как снова накаляются нервы, Гилли сделал очередную затяжку, спасая себя от нервного срыва. Помогло, волнение в груди унялось, как только облака сладкого пара заполнили легкие. Гилли продолжил:
- Будь ты обычным студентом, я бы это дело, может, и замял бы, но ты студент не обычный.
- В каком смысле?
- А в том, - Гилли коснулся стола, и над столешницей вспыхнули экраны с подлинными личными данными Вика еще со школы, фрагменты из видеозаписей с удушением котенка, с избиением хулиганов. Вик осматривал изображения одно за другим. Во рту стало пересыхать.
- Откуда это у вас?
- Оно у меня было с момента твоего поступления. Неважно, откуда, - Гилли откинулся на спинку стула, вспоминая момент, где председатель приемной комиссии Голден переводил ему деньги за сокрытие и фальсификацию дел Вандера. - Я в тебе очень большие перспективы видел. Ты бы мог стать Генералом полиции! Таких, как ты, всего один процент во всей галактике! А теперь что? Зачем ты на одни и те же грабли наступаешь?
- Закон медлителен, - прямо сказал Вик. - Пока они дождутся законного наказания, много кто может пострадать. А государство не платит достойно за риск жизнью.
- Логически - верно. Но вот только я теперь бессилен. Если сейчас будет возбуждаться дело о твоем отчислении, а это непременно произойдет, рано или поздно, все твои косяки всплывут. Ни к чему хорошему это не приведет. Потому, - Гилли положил на стол голографический планшет, и пододвинул к Вику, - ставь тут свою закорючку. Если ты хочешь сохранить свою репутацию, и иметь возможность поступить на работу в...
- Свою, или вашу репутацию, господин Гилли? - Вик перебил. Он произнес это хладнокровно, будто бы приговор, глядя ректору прямо в глаза.
- Я к тебе по-человечески отнесся! - крикнул Гилли, почувствовав жар в груди, и обрушив ладонь на стол. - Сопляк! Мне не хотелось ломать тебе судьбу! Я с твоими косяками позволил тебе стать студентом ВКП, а потом и сотрудником, а ты меня теперь так благодаришь?
- Вы сделали это не ради меня, а ради денег, господин Гилли, - равнодушно заключил Вик. - Но в одном вы правы. Мое отчисление - вопрос времени.
