Уже потом, оценив размер бедствия и немного приведя себя в порядок, она осмотрелась. Они стояли в конце длинной платформы. Народу было немного, время приближалось к полуночи. Люди приличные давно сидели по домам, а для ночных гуляк было еще слишком рано — до последних поездов оставалось больше часа. За спиной оказалась самая обычная дверь с табличкой «Служебный вход». Посмотришь со стороны и не подумаешь, что за ней скрывается потайной ход в жутко секретное логово демона. Зато зная, можно экономить на плате за проезд.
— Куда теперь?
— Проедем пару станций.
Почему нет? У Саран по-прежнему оставалась масса вопросов, но опыт давно научил ее не обсуждать подобные вещи в общественных местах. Особенно — транспорте. Даже полупустом. И дело было даже не в том, что случайный прохожий мог услышать что-то странное. Услышал бы — да и черт с ним. Принудительное лечение за это не грозило. Проблема была в том, что прохожий мог оказаться не случайным. Саран по-настоящему оценила размер бедствия лишь после знакомства с Дашей.
В Москве была масса самого разнообразного народа, и, наверное, не меньше одной десятой части ее жителей было что-то известно: о духах, о демонах, о Пхатти. Кто-то знал точно, кто-то — просто верил… или «хотел верить». После некоего сериала, вышедшего в середине 90-ых, таких, которые «хотели верить», развелось особенно много. Казалось бы, ну услышит кто-то что-то про шаманов или оборотней, ну удивится… Лет двадцать назад информация бы не ушла дальше кухни или узкого круга друзей. Но теперь у людей был интернет. Забавные рассказы и подслушанные истории постоянно всплывали на сайтах и блогах в виде баек и анекдотов. Ни сами рассказчики, ни большинство их слушателей или читателей не придавали им значения. Но были и те, кто понимал, о чем идет речь, и умел отделить правду от красивого вымысла.
Сколько таких сплетен Даша вылавливала ежедневно! И сколько ценной информации утекло подобным образом! А всего-то надо: неосторожный разговор где-то в людном месте да умение пользоваться поисковиком. Сначала технологию освоили шпионы, потом и местные догадались. Пхатти рвал и метал. Если получалось найти виновных, им приходилось несладко. Но постепенно у населения начала вырабатываться привычка. А еще пошли шуточки, что страшнее серебра для ликантропа только блогер-тысячник.
Самих людей, разумеется, не боялись. Ну что может сделать человек демону? Это только в подростковых книжках всесильные существа скрываются и живут, боясь нарушить Великий Закон Фриков: «Люди не должны узнать!» Это как если бы люди стали прятаться от коров или кур. Или беспокоиться, что пшеница может что-то заподозрить. Нет уж, демоны боялись только других демонов и не трубили о себе лишь по одной причине — кто-то более сильный мог услышать и позавидовать. Так что и демоны, и шаманы, и духи старались держаться тихо просто потому, что те, кто вел себя иначе, плохо кончали. В мире не существует кодекса демонов, шаманской конституции, декларации прав лис и нагов… Вот и выживают, кто как может.
Они проехали три станции по «кольцевой» и вышли на Добрынинской. Отгородившись от Пхатти рекой и несколькими километрами, Кирилл как будто почувствовал себя увереннее. На эскалаторе он принял очередную таблетку и даже перестал хмуриться. Саран хотела было напомнить, что за обезболивающее он должен быть благодарен Луису, но передумала. Зачем ссориться с единственным человеком, у которого к ней не было претензий? Пока, по крайней мере.
Следом за чувством облегчения и глубокого удовлетворения, которые вызвала смерть Насти, пришла тревога и чуть ли не паника: а что дальше? Убив шаманку, Кирилл нарушил приказ Пхатти. Если кто узнает, что верховный демон Москвы не способен обеспечить права убежища, поднимется жуткая буча. Виновнику уж точно несдобровать. И едва ли Пхатти станет разбираться, кто собственно спустил курок, а кто просто стоял рядом и кричал: «Стреляй!» Получат все. Причем исключительно крупно и без размена.
Из Москвы надо было бежать. Саран искренне надеялась, что именно этим они и занимаются. Конечно, логичнее было бы попытаться добраться до вокзала или аэропорта, но, с другой стороны, не там ли их станут искать в первую очередь? Она с надеждой посмотрела на Кирилла:
— У тебя есть план?
Тот молчал до самого конца эскалатора, потом ответил, как будто нехотя:
— Шесть лет назад я планировал уехать. Кое-что подготовил. Так что есть вариант.
Шесть лет назад, вот как. Шесть лет назад его поставили следить за Саран, считать ее выручку и смотреть, чтобы не шалила и не ссорилась ни с кем. До Кирилла ее надзирательницей была Надя, а до Нади — Всеволод. Кирилл мало чем от них отличался, разве что непрезентабельной внешностью и идиотским чувством юмора. Интересно, а уйти от Пхатти он хотел до назначения или после? Но спрашивать было как-то неловко. Вдруг после? И вдруг из-за нее, просто потом смирился?
— Это хорошо, — смущенно пробормотала Саран.
