– Да нигде он не находится, – Талиен сбился и зло посмотрел на меня. – Он умер невесть когда. Его даже дед деда деда моего деда не застал, а в нашем роду мужчины живут довольно долго. Ну, если их не отравят или не убьют как-нибудь иначе.
– Я сейчас начну злиться, – сообщил я годи. – А я, когда злюсь, очень неприятен в общении. И, так, к информации, на моих руках уже есть кровь колдунов и ведьм, а потому я точно знаю, что они умирают точно так же, как и все остальные.
– Ты мне что, угрожаешь? – набычился годи.
– Именно, – подтвердил я, буровя его взглядом.
– Ну вот, нормальный человек, – в очередной раз сменил тон Талиен. – А наговаривал на себя… Непротивленец. Но вот чуть не по-твоему – и все, сразу хвататься за нож начинаешь. Другое дело.
Я не знал – комплимент это или подтверждение того, что мой характер чудовищно испортился за последние месяцы. Я же был мирный человек…
– Ладно, слушай, – годи тряхнул гривой сальных волос. – Я в самом деле не знаю, где топор. Никто не знает, Оэс прятал его сам, в одиночку, по крайней мере, так говорит легенда. Записей он никаких не оставил, он письма не ведал. Да и я неграмотный, это все баловство, истинные ценности передаются из уст в уста.
– Так, а куда же мне идти? – не понял я. – В какие… хм… уста?
– К Оэсу, к Оэсу, – закивал годи. – Только к нему.
Я зло засопел и решил, что если сейчас он еще хоть что-то скажет, то я и впрямь перережу ему глотку. Хрен с ними, со штрафами.
– Успокойся, – поймал мой взгляд годи. – Не кипятись. Вот амулет, видишь?
Невесть откуда в его руке появился шнурок с висящим на нем кожаным кругляшом.
– Это «Свет Пограничья», – пояснил Талиен. – Такие дают самым лучшим воинам и самым сильным годи, отправляя их в последний путь. По слухам, они открывают им дорогу к Последнему становищу, где лучшие из лучших находят свой дом навеки. Там им хорошо, там есть война, еда и женщины, а что еще надо уставшему мужчине, чтобы славно провести вечность?
– Это вы про тот свет, что ли? – уточнил я.
– Не знаю никакого «того света», – годи озадаченно посмотрел на меня. – Я о посмертии.
– И я о том же, – заверил я годи. – Это все здорово, и амулет славный, но как я попаду туда, даже при его наличии? Я еще жив и не спешу к последнему приюту.
– Последнему становищу, – поправил меня годи. – И не спеши, на постоянное место жительства мы все туда успеем. Я говорю о том, чтобы ты посетил те края ненадолго, для беседы с Оэсом. Моих сил хватит, чтобы отправить тебя туда на краткий отрезок времени, а этот амулет раскроет Врата Забвения.
– А если не успею? – засомневался я. – Ненадолго – это насколько?
– Минут сорок-час, не больше, – четко ответил годи.
– Маловато, – я потер лоб. – На незнакомой местности найти незнакомого же человека… Могу не управиться.
– Твои проблемы. Но, если не успеешь – приходи через год, раньше не выйдет снова врата открыть, – годи вытянул вперед руку с амулетом и потряс им перед моим носом. – Правда, тут один нюанс – если живы будем. Война, то, сё – это не ведет к долголетию.
– Ну, раз нет другого варианта… – вздохнул я и взял у него кожаный кругляш.
Я подбросил на ладони амулет – забавный. В желтом круге был изображен вроде как ромб, но при этом с незамкнутыми линиями, причем стороны его стояли одна выше другой.
Неигровой предмет. Не встречал до этого подобного.
– Ну, молнией тебя не ударило, значит все нормально, – довольно хрюкнул годи и потер руки.
Молнией? Меня? Это он эксперимент ставил, что ли?
– Могло, – заверил меня Талиен. – Амулет не всякого примет. Кто ему не по душе, того шварк молнией – и все. Только дымок кверху поднимается, и обувь стоит.
