— Я знаю, — спокойно кивнул Филипп, — и не требую отчёта. Однако нам вместе придётся выпутываться из этого опасного положения и очень тесно взаимодействовать.
— Только после согласования позиции с непосредственным руководством и аппаратом Правительства.
— Разумеется, — ответил директор УАСС тем же тоном.
— Я бы не полагался на непогрешимость решений чиновников, — проворчал Владилен Ребров. — Правительство по сути своей — хитроумный механизм для получения личной выгоды без личной ответственности.
— Браво, комиссар, — дважды хлопнул в ладоши Людвиг Казийски. — Вы очень образно выразили и моё мнение. Хотя не все чиновники одинаковы.
— Третья проблема, — напомнил о теме заседания Филипп. — Выявление сети агентов Дьявола. И хотя это проблема контрразведки, она касается всех здесь сидящих. Ведомство госпожи Синь разработало систему, позволяющую безошибочно определять запрограммированных нашим врагом людей. Вам придётся очень осторожно, тихо, без шума и согласования с общественностью внедрить эту систему в ключевые министерства и организации, вплоть до уровня ВКС.
В кабинете стало тихо.
Потом шевельнулся Казийски.
— Это решение требует созыва Совета безопасности ВКС и оценки его комиссией СЭКОНа…
— Исключено! — твёрдо сказал Ребров.
Заместитель министра в замешательстве посмотрел на него:
— Вы понимаете, чем это может закончиться, господин федеральный комиссар?
— А вы понимаете, чем может закончиться экспансия Дьявола в Солнечную систему? С одним его «огнетушителем» мы справились, хотя и с превеликим трудом, ценой жизни многих людей. Что, если он атакует Федерацию иным способом? В особенности если узнает о наших планах? А он обязательно узнает, как только мы начнём «советоваться» с общественностью и комиссиями СЭКОНа, где наверняка сидят резиденты Дьявола!
— И всё же я против такой постановки…
— Предлагаю не ломать копья зря, коллеги, — сухо сказал Филипп. — Я буду рад работать с компетентными органами СЭКОНа. Я буду рад вдвойне, если благодаря этому сотрудничеству враг рода человеческого вовсе уберётся из Системы. Но во избежание печальных последствий необходимо перестраховаться. Вы согласны?
— Вы ставите меня в неловкое положение, — буркнул Казийски. — Я официальный представитель Правительства…
— А вы решите для себя, что важнее, — мягко проговорила Юэмей Синь. — Быть официальным представителем или человеком, готовым драться с врагом до конца.
Казийски скривил губы, собираясь ответить, но встретил взгляд командора Погранслужбы и передумал. Встрепенулся, глянув на соседа китаянки:
— Что здесь делает этот молодой человек?
Под взглядами присутствующих Герман Алнис смешался, покраснел.
— Он член нашей команды… — начал Ребров.
— Герман Алнис — ведущий ксенопсихолог Института Внеземных Коммуникаций, — сказал Филипп веско. — Он многое сделал для более глубокого изучения действий и намерений Дьявола. Именно на основе его рекомендаций контрразведка обнаружила послание негуман человечеству, после чего была разработана программа ликвидации резидента и план адекватного ответа.
— В связи с происходящим, — добавила Юэмей Синь обманчиво воркующим голоском, — а именно — столкновением Федерации с представителем негуманоидного разума, возникла потребность перехода господина Алниса в сектор контрразведки, где его опыт изучения нечеловеческих логик будет весьма полезен.
— Понятно, — поморщился Казийски. — Что ещё на повестке дня?
— Вы можете быть свободны, — сказал Филипп. — Остались вопросы, касающиеся сугубо работы Управления.
Казийски поднялся, на полпути к двери обернулся:
— Куда вы поместили захваченных… э-э… террористов? Сына Мехти и Ширера?
— В настоящий момент они находятся в Игуанамо, — ответил вместо Филиппа Ребров. — На территории пенитенциарного объекта федерального значения для особо опасных преступников.
— Вина их доказана?
— Доказательств больше чем достаточно. Тем не менее их судьбу решит суд.
Казийски кивнул, вышел.
Игнат Ромашин посмотрел на отца:
— Как ты думаешь, он ещё свободен или уже зомбирован?
— Если он закодирован, — сказала Юэмей Синь виноватым тоном, — то наши определители агентуры Дьявола гроша ломаного не стоят. Система включена, однако Людвиг, судя по её показаниям, чист.
— Будем надеяться, что это соответствует действительности.
— Теперь главное, — сказал Филипп, и лицо его на мгновение стало мрачным и старым, словно вспомнило о возрасте. — Судьба экипажа «крота».
— На допросе Оскар Мехти признался, — угрюмо сказал Ребров, — что наши парни и внучка Лапарры были ещё живы… когда беглецы покидали борт солнцехода.
— Прошло уже больше десяти часов… от них ни слуху, ни духу.
— Но свою работу они выполнили, судя по исчезновению «огнетушителя» и остановке процесса «вакуумного вымораживания».
— Может быть, «крот» так и остался в ядре Солнца? И они живы? — робко предположила Юэмей.
— Если бы они остались живы, давно нашли бы способ связаться с нами, — мрачно проговорил Ребров.
— Что говорят наблюдатели? — поинтересовался Хо Кецаль.
