— Либо вообще спутники Юпитера или Сатурна, — сказал Хасид безразличным тоном.
— Ты против? — прищурился Ромашин.
— Нужна стратегия.
— Я и предлагаю стратегию — найти место обитания агрессоров.
— А потом?
— Потом будет видно.
Хасид посмотрел на Екатерину:
— Ваше мнение, леди?
— Кузьма прав, — вздохнула девушка. — Надо у кого-то выяснить, что здесь происходит. Лучше всего у тех, кто понимает суть вещей.
Мужчины посмотрели друг на друга.
— Тебе не кажется, что у неё прорезается командирский голос? — бесстрастно спросил Хасид.
— Она видит себя начальником, — ответил Кузьма таким же ровным голосом.
— Дадим ей такую возможность?
— Если не дадим, она возьмёт сама. Хотя матриархат — вещь положительная.
— Где-то я слышал, что начальниками становятся сильные, подчинёнными — слабые, а заместителями — умные.
— Будем умными?
Катя не выдержала, засмеялась.
— Болтуны! Вам в театре играть, а не серьёзными делами заниматься. Чем плохо моё предложение?
— Всем хорошо, — успокоил подругу Кузьма. — В нашем положении это лучшее решение. Командуй Дэву, что он должен делать.
— Я всё понял, дамы и господа, — мягким баритоном ответил инк солнцехода. — Курс — на Марс!
— Йо-хо-хо, и бутылка рому! — добавил Хасид хладнокровно.
«Крот» устремился прочь от Земли, ещё не имеющей своего спутника и потому странно одинокой и беззащитной. Её обитатели, кем бы они ни были, сопротивляться агрессорам, представителями которых была «каракатица», уберечь поверхность планеты от разрушительных ударов из космоса не могли.
Полёт до четвёртой планеты Системы, предположительно названной Марсом, занял всего час с минутами. Однако на известный землянам Марс она походила мало.
То есть масса и размеры планеты были примерно такими же, что и раньше, а вот состав атмосферы и ландшафты изменились так, что узнать Марс было трудно. Да и спутников он не имел — таких, какими их привыкли видеть люди конца двадцать четвёртого века.
Фобос и Деймос были открыты земным астрономом Холлом в тысяча восемьсот семьдесят седьмом году и представляли собой неправильной формы каменные глыбы, повёрнутые к Марсу одной и той же стороной. Фобос имел размеры двадцать семь на двадцать два и на восемнадцать километров, Деймос — пятнадцать на двенадцать и на десять. Во времена войны с Дьяволом оба марсианских спутника использовались землянами лишь в качестве рекреационных зон: для домов отдыха и хиларитов.
Пассажиры солнцехода увидели два языка мелких камней, вращавшихся вокруг планеты, отнюдь не красной из-за песчаных и каменистых равнин, а скорее лимонно-жёлтой, и несколько сооружений, напоминающих по форме «скелеты радиолярий», а также «каракатицу» и уничтоженное ею «полено».
Было ясно, что строили их те же существа, что создали воюющие между собой аппараты. Вот только увидеть обитателей этих странных станций не удалось. В космос они не выходили. А если и жили за стенками «желудков и кишок» (такими они казались издали), то не торопились показываться людям на глаза.
Поверхность Марса также не соответствовала тем характеристикам, какие были известны землянам.
Во-первых, он был покрыт морями, напоминающими с высоты листы тёмно-синего металла.
Во-вторых, исчезли системы разломов коры, каньоны и горные страны, прежде хорошо различимые из космоса.
Горы и плоскогорья существовали, но не придавали облику планеты дикую силу и угрюмость умершего мира. Наоборот, этот мир был наполнен жизнью, хотя назвать её разумной с точки зрения сведущего человека было нельзя. Повсюду были видны обитатели планеты, но ни динозаврами, ни млекопитающими они не были.
Насекомые!
Или очень близкие к ним существа!
Хотя при ближайшем знакомстве невозможно было определить точно, как они выглядят. Не бабочки, не осы, пчёлы, шмели, мухи, стрекозы и не черви, медведки, клещи и другие бегающие и ползающие представители мира насекомых, но очень близкие к ним существа, сочетавшие в себе множество «параллельных» признаков. Больше всего они походили на некие универсальные организмы, способные жить в воде, летать и скрываться под землёй. Они не строили никаких жилищ, зато вполне организованно рыли какие-то извилистые «каналы» и расчищали площадки, превращая их в идеальные «посадочные платформы». На которые, впрочем, никто не садился.
— Что они делают?! — удивилась Катя, налюбовавшись странной «разумной» деятельностью гигантских — до шести метров длиной — «насекомых». — Кто ими управляет?
— Я никого не вижу, — отозвался не менее удивлённый Кузьма. — Может быть, это работают инстинкты?
— Вот кто ими управляет, — кивнул Хасид на дрейфующее неподалёку двадцатикилометровое сооружение, насторожившее огромные «уши». — Я думаю, здесь выполняется определённая программа по переделке Марса. Никакие это не жители планеты, а рабочие. Поэтому они такие все одинаковые. Выполнят свою миссию и самоуничтожатся.
— Для кого же они стараются, перестраивают Марс? — скептически хмыкнул Кузьма.
— Для тех, кто победил в войне.
— Конкретнее?
