Для этой цели прибыл специально командированный из Токио диакон о. М. Кавамура, который как знаток местных законов повел дело с большим тактом и умением. Правда, он столкнулся с немалыми препятствиями со стороны окружного суда, требовавшего точных данных. Суд интересовало, например, является ли начальник Миссии представителем Русской Церкви в Корее? Имеет ли он право распоряжаться миссийским имуществом? Кем и когда на это уполномочен? Почему и для чего включает имущество в Идзи-Зайдан? И т. д. По представлении всех этих данных, имевшихся на руках, а также по заявлении Генерального Консульства, что оно, Консульство, не имеет со своей стороны каких-либо препятствий на означенную передачу имущества в общество Идзи-Зайдан для пропаганды православия на вечные времена, дело пошло более успешно и через три-четыре недели со дня приезда о. Кавамуры благополучно завершилось, и были получены соответствующие сему документы.
Единовременно с регистрацией центрального участка земли и домов на нем, зарегистрирован также другой участок, так называемый «школьный», но во избежание высокой платы (гербового сбора) без строений. Центральный участок, как специально церковный, удалось провести бесплатно, тогда как строения на нем и школьный участок с уплатой денежной пени. Таким образом, в общей сложности процедура регистрации обошлась вместе с проездными и наградными о. Кавамуре в сумму около 500 иен.
После окончания дела начальник Миссии сообщил Владыке архиепископу о совершившемся факте, с приложением документов, прося его принять таковые и хранить в своем несгораемом сейфе.
Владыка Архиепископ в ответ на сообщение написал в письме своем от 13 июля 1924 г. следующее (письмо приводим в выдержках):
«Я искренне и сердечно рад, что по первым впечатлениям казавшееся мало возможным, почти безнадежным дело зарегистрирования миссийских земель и построек, в конце концов, было закончено блестяще, хотя и с великими трудами, но с минимальными расходами. Да, именно, о. Кавамура «искушенный – по всячески» при совершении всех этих операций в Токио и больше, только Кавамура мог перескочить через все препятствия, кои неожиданно отовсюду «выползали», и в конце оказаться полным триумфатором…
«Я искренне радуюсь за Корейскую Духовную Миссию, отныне навеки нерушимую. Поздравляю!
Неоцененную услугу оказал Вам и Вашей Миссии в этом деле Г. М. Гефтлер[158], очаровавший, кстати, М. Кавамуру. Все, что он написал, сделал во время процесса передачи, было существенно необходимо для успеха…
«Документы на регистрацию ваших земель и домов на имя Нихон Христос Сейкоосай Идзи-Зайдан диакон Кавамура вчера передал мне. Но и он уже ставит вопрос: где их лучше хранить… Дело в том, что Японская Православная Церковь и Идзи-Зайдан – две вещи разные!
Лисицы имеют норы, птицы гнезда, а Идзи-Зайдан живет в воздухе. Ибо это общество вкладчиков и таким образом одна частица его в Сеуле, Тейдо 22.
Все документы хранил я, так как у меня был сейф – несгораемый сундук. Но он пожелал доказать, что ничего нет в мире вечного и… сгорел 1 сентября (старого стиля) 1923 г.
Мы решили документы передать Вам, как вкладчику и просить Вас, их хранить. Если же будут копии с них, копии благоволите прислать мне, президенту Идзи-Зайдана, к сведению. Ведь документы здесь совершенно не нужны. Мы без согласия вкладчика, т. е. Вас, не можем юридически (по правилам) ни продать вашей земли и домов, ни сдать в аренду, ни заложить, ни обменять… мы не можем даже брать на себя инициативы по всем эти вопросам. На что же ваши документы нам? А вы наоборот… (или ваши преемники): можете продать землю и дома, сдавать их в аренду, закладывать, обменивать… Но для всех этих операций нужно будет согласие Идзи-Зайдана (номинальное, ибо директора разом не собираются и печати их хранятся у меня): в этом и силен Идзи-Зайдан, так как он охраняет земли и дома от чьего-либо произвола. Конечно, не было случая, чтобы Идзи-Зайдан пошел в разрез с вкладчиком. А Вам-то, полагаю, и сноситься с ним не будет повода.
Итак, документы на Ваши земли и дома, получите, храните. А если копии с них будут готовы, то ко мне пришлете»[159].
Копии, разумеется, тотчас же были представлены, а оригиналы приняты на хранение в миссийском сейфе.
Итак, дело с регистрацией благополучно закончилось и все опасения по поводу захвата имущества само собой исчезли.
Что касается других земельных участков, находящихся в провинции, то они остались при прежней регистрации, как они были зарегистрированы при покупке. Тем более, что участки именные, записанные на имя прежних начальников Миссии, и, кроме того, не представляют из себя особой ценности. Следовательно, опасаться за них в смысле утраты не приходится.