Следует остановиться и на приёме «смешения». В учении дона Хуана искусно, философски-наставительно-«мудро» смешивается добро и зло, бесы и ангелы, свет и тьма; все границы размываются… Странно, но всё это безоговорочно принимается, хотя очевидно, что плюс и минус не есть одно. Белый и чёрный цвет — не один. Процессы поглощения и излучения однозначно — разные. Ну, не одно и то же, когда тебя гладят по голове и бьют по голове! А делать вид, что всё это одинаково, довольно глупо. Да, философски-отвлечённо это как-то приемлемо для интеллекта (уму такие теории даже нравятся), а вот в практическом аспекте и смысле…
Во всех книгах К. К. отрицательная энергия, при подчёркивании, что она именно «отрицательная» и «разрушительная» (!), отождествляется с положительной, созидательной; в итоге сознание читателя, если можно так выразиться, — «парализуется» и «расщепляется», оно теряет ощущение реальности, основы, центра…
Вы знаете, каким образом изначально, с детства, в процессе воспитания, формируется «шизофреник»? Шизофрения — это разной степени расщепление сознания, потеря связи с внутренним центром, психический распад. Так вот сознание шизофреника (в детстве) формируется при воздействии сразу двух одновременно противоположных посылок, установок, факторов, мотивов, приказов по типу: «Иди ко мне» и «Стой на месте!». Ребёнок не знает, что ему делать, его мышление парализуется. Он как-то пытается отреагировать, но в его сознании запечатывается «конфликт». Или другой пример. Мать говорит своему сыну, что она его любит, а он чувствует, что это не так — мать абсолютно безразлична к нему, холодна и не испытывает ничего…
Именно такое патологическое, «шизофреническое» воздействие оказывают книги Кастанеды и на их читателей при «смешении» — у них формируется… нет, не шизофрения, а духовное заболевание, которое я назвал «шизотимией», со всеми соответствующими симптомами и регрессией разума, интеллекта, рассудка. (Впрочем, при неких, уже сформированных незначительных психических отклонениях у человека может активироваться и настоящее психическое расстройство!)
Ну, никак нельзя приравнять добро с явно выраженным злом! А как же водит за нос своего читателя Кастанеда (дон Хуан)? Возьмём опять-таки тех самых «старых» магов. Они активировали, «сгущали» «правую», наиболее тёмную «полосу» или часть своего энергококона — движение точки сборки «от» Центра («вправо» и «вниз»). Соответственно у них крайне гипертрофировалось Эго со всеми признаками — алчность, коварство, агрессия и пр. И так в геометрической прогрессии. И при этом, естественно, всё менее они были способны к любви, пока полностью не теряли эту способность. И никак нельзя сказать о них, что они «любили» жизнь (получается, «могли» любить вообще). Не могли — их духовное сердце либо было подавлено очень значительно, либо энергетически вытеснено полностью! Дон Хуан же не перестаёт восхищаться достижениями и открытиями древних толтеков, они были смелыми, удачливыми, владели невообразимыми чудесами; старый нагваль в восторге от их действий и т. д. …
Приблизительно такое же «смешение» мы наблюдаем и в отношении нагваля Хулиана. Только один взгляд его на молодого дона Хуана заставлял ученика (и всех остальных учеников) сжиматься от страха и ощущать, что его жизнь держится на волоске…
«Нагвали не самые дружественные существа на земле, — сказал он (дон Хуан) извиняющимся тоном. — Я научился этому весьма нелёгким образом в борьбе со своим учителем, ужасающим нагвалем Хулианом. Казалось, от одного его присутствия для меня мерк дневной свет. Иногда он, бывало, фокусировался на мне, и мне тогда казалось, что моя жизнь висит на волоске» (К. Кастанеда, из кн. 9, гл. 11, с. 254).
Свои злые шутки и розыгрыши Хулиан очень часто сопровождал бурным злорадным смехом, который скрывал за искусственным плачем. Дон Хулиан был столь сильно насыщен злой, отрицательной энергией, что только один его взгляд на какую-нибудь прохожую женщину (как утверждается в описании) приводил её к тому, что она смертельно заболевала, быстро старела. Ко всему прочему циник Хулиан был ещё и сексуальным извращенцем (Арендатор подарил ему позицию т. сборки превращения в женщину, и тот использовал её для соответствующих любовных утех). Известен даже такой вопиющий факт:
«Нагваль Хулиан, например, объединил безжалостную эффективность с поразительной способностью становиться тем, кем он хотел. Это не переодевание, он действительно преобразовывался, перемещая свою точку сборки к позиции, соответствующей форме животного или другого человека. Одна из его излюбленных ролей была женская. Один раз, притворившись красивой девушкой, он совратил своего ученика Хуана Матуса, которому тогда было не более двадцати лет, и он был горяч, как молодой бык. Когда они были в кровати, он переместил свою точку сборки в обычное положение и снова стал мужчиной, так испугав юношу, что тот в ужасе убежал из комнаты.
