— Может не сложиться… — предупредил шофер замогильным тоном. Интонации, прозвучавшие в его голосе, напугали Ольгу, и она отступила мне спину. Меня это приятно тронуло, если честно.
— Ладно… — Игорь с видимой неохотой пошел на компромисс. — Даю половину вперед. — Он аккуратно извлек новенькую фиолетовую купюру из нагрудного кармана, куда предусмотрительно переложил часть денег из своего «напузника». — По рукам?
Шофер, поколебавшись для приличия, кивнул, при этом, ладонь, протянутая Игорем, осталась не пожатой. Пугик молча убрал руку.
— Может, бабу свою в кабину ко мне посадишь? — предложил водитель вездехода. — Будет дорогу показывать.
Ольгу при этих его словах передернуло. Лицо Пугика вытянулось, но он не стал связываться. Быстро совладав с собой, даже попытался отшутиться, помнится, упомянул ключи от квартиры, где деньги лежат, из известного произведения Ильфа и Петрова.
Смерив моего институтского приятеля хмурым оценивающим взглядом, шофер, отвернувшись, дернул буксирный трос. При этом полы замусоленной жилетки разъехались, явив нам очередную татуировку, на этот раз, на груди. На ней обнаженная красотка в одних чулках возлежала, облокотившись на сложенную из черепов пирамидку. Второй рукой женщина обнимала за шею черную пантеру, над композицией возвышался крест с двумя поперечинами, длинной, прямой, и косой, которая была немного короче. Ольга тихонько взяла меня за локоть.
Удостоверившись, что мы, как бы это сказать, на крючке, шофер пружинисто зашагал к кабине. Глядя ему в спину, Ольга что-то пробормотала под нос. Мне почудилось слово «мразь».
— Чего вы телитесь?! — прикрикнул Пугик, ныряя за руль. — Шевелитесь, поезд уходит!
Лучше бы мы спрыгнули с перрона…
Спереди раздался истошный скрежет, шофер вездехода воткнул первую передачу. Двигатель «Газона» заревел, грузовик резко тронулся. Трос натянулся струной. Нас сильно дернуло. Игорь выругался:
— Вот дурень! Привык у себя в колхозе прицепы на жесткой сцепке тягать…
— У меня от таких — мороз по коже, — призналась Ольга, когда мы поехали. Шины, набирая скорость, зашуршали по асфальту вдвое громче обычного. Неудивительно, ведь мотор нашего «Опеля» молчал.
— От прицепов? — осведомился Игорь с нервной ухмылкой.
— От таких подонков…
Ее оценка личности водителя вездехода целиком совпадала с моей, но, я смолчал.
— Перестань, — отмахнулся Игорь, с наигранной беспечностью, как по мне. — Обычный шоферюга. Каким ему еще быть, как ты думаешь?
— Я думаю, ты сделал ошибку, связавшись с ним… — ее тон сделался ледяным.
— Что ты предлагаешь? Сказала бы лучше спасибо, что остановился. Другой бы вообще мимо проехал, и глазом не моргнул.
— Может, мне перед ним ноги расставить в благодарность?! — вспыхнула Ольга. — Кажется, он тебе вразумительно дал понять, что не против подобной мелочи?!
Я в смущении отвернулся к окну. Игорь молчал с минуту, затем предпринял очередную неудачную попытку перевести все в шутку:
— Оля, ты не любишь народ… — укоризненно молвил Пугик.
— Уголовники — не народ, — отрезала его жена, моя бывшая девушка.
— Любят у нас ярлыки развешивать, — пробормотал Игорь.
— Ты его татуировки ярлыками называешь? Так ему их никто, кроме него самого, не вешал. Точнее, не колол, или, как там они еще эту гадость себе рисуют.
— Ну, увлекается, человек… — примирительно начал Пугик. — Хобби такое…
— Ага, грабеж на большой дороге…
— Журавлев? — Пугик обернулся ко мне за поддержкой. — Хоть ты скажи: снял я с мели наше чертово корыто, или не снял?!
— Ты его туда и посадил, — отрезала Ольга, правда, уже не так агрессивно. Вероятно, тоже не хотела ссориться, к тому же, какой в этом был бы смысл? Да и что было делать Пугику? Ну, не кидаться же на грубияна с кулаками…
— Я посадил? — спросил Игорь, закатывая глаза к потолку.
— А кто еще?! Не уверен в машине — нечего на ней колесить по забытым Богом закоулкам.
— Ну, знаешь ли…
— Вечно у тебя все ломается!
— Не у меня, а у «General Motors & Adam Opel AG» …
— Он же пьяный! — не унималась она. Честно говоря, теперь наши мнения кардинально разошлись. Я не думал, будто шофер навеселе. Меня смутил его внешний вид, и еще запах, исходивший от него. Алкоголем тут — и не пахло. Наркотиками? Кто знает…
— Да они все тут пьяные, — разглагольствовал Игорь. — Тоже мне, блюстительница нравов! Забыла, в какой стране живешь?! Мы хрен знает где, у черта на куличках, сегодня ночь с субботы на воскресенье! Кого ты рассчитывала здесь встретить, дирижера оперного оркестра в жабо и фраке?! Мстислава Ростроповича со скрипкой?!
