— Что-нибудь придумаем, верно? Где наша — не пропадала?
— А то… — хмыкнул Игорь. Как только машина остановилась, он потянул на себя сначала рычаг стояночного тормоза, а за ним и тот, что отпирает капот. Полез наружу, кряхтя и ругая колымагу, которая его в конец достала. Я составил ему компанию. От мотора пахнуло раскаленным металлом. Явственно чувствовался запах оплавившейся пластмассы. Игорь сморщил нос. Протянул:
— Ого. Так и сгореть — недолга…
— Как думаешь, какой диагноз?
— Шут его разберет, — Игорь развел руками. — Предполагаю — смерть от старости, — он хотел улыбнуться, не вышло. — Пускай хоть немного остынет, Журавлев. Потом сделаем искусственное дыхание. Точнее, попробуем сделать. Если ни черта не выгорит, останется ловить буксир. А пока — можешь поджарить на этом металлоломе яичницу глазунью. Рецепт подсказать? Кладешь яйца на блок, глаза — сами вылезают.
— Пожалуй, воздержусь, — я поежился. Стало довольно холодно.
— Как знаешь, Журавлев. Хозяин — барин.
Мы стояли у распахнутого капота, как два матадора над сраженным быком. Подошла Ольга, спросила у мужа, как продвигаются дела.
— Лучше не бывает, — ощерился Игорь.
— Можно что-то сделать?
— Можно повеситься на буксирном тросе…
— А если серьезно, Игорь?
— Если серьезно, то я сомневаюсь, — Пугик потер переносицу. — Судя по звуку, Оля, навернулось что-то конкретное, — он слегка наклонился вперед. — Ремни, вроде на месте. Потеков масла — не видать. Может, помпу оборвало. Или, маслосъемные кольца залегли. Откуда мне знать, я же не ясновидящий. Вскрытие, как говорится, покажет.
— Но, ты ведь попробуешь ее починить? — не унималась Ольга.
— Ясное дело, что попробую. Всегда мечтал — разобрать головку блока в чистом поле, когда кругом — хоть глаз выколи. Экстрим, мля. Ты, Журавлев, тоже давай, подключайся. Кто знает, вдруг у тебя способности Чумака прорезались…
— Какого Чумака? — удивился я, представив упаковку известного отечественного кетчупа.
— Алана Чумака, — с наигранно-серьезной миной пояснил Пугик. — Помнишь такого, Серега? Который воду заряжал по телевизору. А еще — массово запускал неисправные механические часы…
— Что-то было, — без особой уверенности протянул я.
— Ну вот, можешь попробовать свои силы.
— Ты шутишь?
— Какие уж тут шутки, — вздохнул наш водитель. — Надо ж досуг занять, пока мотор остынет. И потом, времени у нас — вагон. Спешить особо некуда. Я тут вряд ли что смогу сделать. Значит, будем рассчитывать на буксир. Если какой-нибудь самаритянин и появится в этом блуде до утра, в чем я, честно говоря, сомневаюсь, чтобы дотащить нас на шнурке в какую-никакую цивилизацию, СТО там, скорее всего, не работают круглосуточно. Так что, времени у нас — вагон…
— Дальше определимся, как быть, — продолжал Игорь. — Возьмутся здешние доморощенные механики за нашу тачку, считайте, повезло. Нет, будем думать, — Игорь пожал плечами. — Кто их знает, как у них здесь с запчастями. Может, неделю придется ждать. В уравнении — слишком много неизвестных, чтоб я родил однозначный ответ. Есть, конечно, альтернативный вариант — возвращаться домой на шнурке, если подвернется попутная машина. Чепуха, каких-то девятьсот километров на буксире…
Я подумал, при подобном раскладе Юрию Максимовичу доведется запастись терпением. А, заодно, и моим девчонкам. Пугик словно прочитал мои мысли:
— Да ты не переживай, Журавлев. Если увидим, что дело — табак, сядете с Ольгой на паровоз, и послезавтра будете дома. А я уж останусь расхлебывать…
— Э, нет, — заикнулся я.
— Брось, — Пугик отмахнулся. — Надо мной же не нависает твой Юрий Максимович. Я, брат, сам себе хозяин и доктор…
Я вздрогнул, потому что, честно говоря, не помнил, чтобы называл при Игоре имя шефа. Хотя…
— Так что, Серега, не хочешь, пока суд да дело, попробовать себя в качестве медиума? Вдруг, получится? Нет? Зря. Тогда давай еще сигарету….
Пока мы разговаривали, Ольга, повернувшись к нам спиной, сделала несколько шагов, пристально глядя туда, откуда мы приехали. Неожиданно налетевший ветер растрепал ей волосы, застонал в придорожных зарослях.
— Приближается ураган, — молвила Ольга. Я подумал, она права. Природа, похоже, собралась продемонстрировать нам, кто в доме хозяин. Это были явно не мы. Да и дом наш находился слишком далеко отсюда.
— Хорошенькие дела, — протянул Пугик и снова покосился на часы, будто ждал чего-то. Ослепительно сверкнула молния, разодрав небо на две неравные части, ощетинившиеся острыми как бритвы краями. Стало светло как днем, я зажмурился. С приличным интервалом пророкотал гром, да так, что земля под ногами завибрировала ему в унисон.
— Ни шиша себе, — пробормотал Пугик.
— Там, кажется, кто-то есть! — испуганно воскликнула Ольга.
— Где?! — выдохнул Игорь. От интонации, с которой был задан вопрос, мне стало не по себе.
— На дороге за машиной…
Игорь, с грохотом захлопнув капот, шагнул к жене.
— Да кому там быть, Олька?! — сказал я нарочито бодрым голосом.
