Она вошла внутрь, оглядываясь вокруг моего студийного пространства. Вдоль стен были узкие верстаки, одна сторона покрыта запчастей для мотоциклов и другой с мои художественные принадлежности. Там была картина, я бы начал за Арсенал, но я бы забыл о другой половине-рисовал я прислонился к стене. Я работал на нем, когда меня арестовали. Этого не было в наибольшее состояние (девушки сделают все от них зависящее, но они не знали, как с ней обращаться), и я пытаюсь решить, следует ли бросить его или нет.
Теперь я наблюдал, как Мэл подошел к изучению его, широко раскрыв глаза. Я подошел позади нее, и она посмотрела на меня.
“Ты хороший”.
Я засмеялся. “Не надо так удивляться. Я делаю это дерьмо для жизни, вы знаете”.
Она дала разочарованной улыбкой.
“К сожалению. Я думаю, я думал, что ты нарисовал пламя на велосипедах и все такое, но это настоящее искусство. Как ты научилась делать это?”
“Я выбрал вещи здесь и там”, - сказал я. “Хотя для записи, в зависимости от конструкции, что вы видите на мотоциклах-это настоящее искусство, тоже. Не каждый может сделать это”.
“К сожалению”, - сказала она. “Не хотел никого оскорбить”.
“Не беспокойтесь, я понимаю. Просто хотел уточнить,” сказал я, удивляясь, что она выглядит голой и покрытой краской. Чертовски хорошо, наверное. “Поэтому я взял кучу художественных классах, когда я был в колонии. Они были довольно простые, но учителя всегда казалось, тянутся ко мне—я многому научился у них. Затем я взяла еще несколько занятий, когда я вышел. Я в основном просто набросал вниз в Кали. Они не имели занятия искусством или ничего”.
“Ну я их очень люблю”, - сказала она, и я почувствовал, что моя цаца гордость. Ладно, что-то вздулось—нет необходимости вдаваться в подробности.
“Спасибо”, сказал я ей, направляясь к лестнице. “Мое место здесь. Ничего особенного, но тихо”.
Меня не было в квартире достаточно долго, чтобы сделать его по-настоящему грязные, блять, спасибо. Не то, что я волнуюсь слишком много, чтобы кого-то впечатлить, но по некоторым причинам я не хочу, чтобы она думала, что я полная свинья.
“Так, это он”, - сказал я, переворачивая на свете. Мэл посмотрел вокруг, и я подумал, что она подумала. Она не большая—просто небольшой гостиной и мини-кухней под навесами. Там была отдельная спальня и ванная комната за нами тоже, но учитывая, что я бы жила в восемь на десять ячеек за последний год с двумя другими парнями, он чувствовал, как ко мне во дворец. “Студия пространства ниже-это то, что действительно продал меня . . .”
