Осталось четыре дня до Рождества, но всё выглядит не очень радужным для Стефани Плам – агента по розыску и поимке преступников. У нее нет ёлки. Она не купила подарков. Торговые центры битком набиты ошеломлёнными покупателями. И ни одной гирлянды не замечено в её квартире. Только странный незнакомец на её кухне. Конечно, такое уже случалось со Стефани Плам прежде. Незнакомцы, чудаки, преступники, сумасшедшие и лунатики всегда находили путь к её входной двери. Но этот парень другой. Он таинственный, сексуальный – и у него имеются собственные планы. Его зовут Дизель и он на задании. Дизель не похож на тех, кого Стефани когда-либо встречала в своей жизни прежде. Вопрос в том, что ему нужно от неё? Может ли он помочь ей найти старого игрушечного мастера, который не явился в суд прямо перед Рождеством? Сможет ли он пережить семейный ужин у Пламов? Сможет ли он достать дерево для Стефани, которое не будет выглядеть, будто выращено на атомной электростанции? Все эти вопросы не дают Стефани спать по ночам. Не говоря уже о том, что она должна найти кучу противных эльфов, сестра Валери подготовила рождественский "сюрприз" для Пламов, племянница Мэри Элис не верит больше в Санта-Клауса, а у Бабули Мазур появился новый ухажер. Так что, выпускайте своего пластикового северного оленя, развесьте ваши колокольчики, и подготовьтесь праздновать Рождество в стиле Джерси. Мир Стефани Плам ещё не был таким весёлым!
Меня зовут Стефани Плам, и у меня на кухне стоит какой–то незнакомец. Он появился ниоткуда. Только что я потягивала кофе, мысленно планируя свой день, а затем... ба-бах…, и тут он.
Роста в нем было под метр девяносто, волнистые светлые волосы связаны в конский хвост, глубоко посаженные карие глаза и тело атлета. Ему было далеко за двадцать, возможно тридцать, одет в джинсы, ботинки, безобразную белую толстовку, и потрепанную черную кожаную куртку, висящую на широких плечах. На лице у него была двухдневная щетина, и счастливым он не выглядел.
– Ну, разве это не прекрасно, – сказал он, явно чувствуя отвращение.
Мое сердце отбивало чечетку в груди. Я была в полной растерянности, не зная, что думать и что сказать. Я не знала, кем он был и как очутился в моей кухне. Он меня напугал, но больше всего бесило то, что он заставлял меня нервничать. Такое впечатление, будто я приехала на вечеринку по случаю дня рождения на день раньше. Такое впечатление, будто... да какого же черта здесь происходит?!!!
– Как? – спросила я, – что?
– Эй, не спрашивайте меня, леди, – сказал он, – я также удивлен, как и вы.
– Как ты попал в мою квартиру?
– Сладкий кексик, ты не поверишь мне, даже если я скажу. – Он двинулся к холодильнику, дернул дверцу и взял себе пиво. Открыл его, сделал большой глоток и вытер рот рукой.
– Ты знаешь, как люди передвигаются в Star Trek[1]? Это похоже на то.
Вот таким образом, у меня на кухне оказался большой грязный парень, пьющий мое пиво, и скорее всего сумасшедший. Единственная причина всего происходящего, которую я могла придумать, состояла в том, что я галлюцинирую, и он – ненастоящий. Я, конечно, курила травку в колледже, но это уже было чересчур. Вчера вечером я ела пиццу с грибами, может это они?
К счастью, моя работа заключалась в том, что я задерживаю сбежавших преступников и обеспечиваю их явку в суд, поэтому я привыкла находить устрашающего вида парней в шкафах или под кроватью или ещё где в моей квартире. Я медленно двинулась через всю кухню, засунула руку в банку из-под печенья и достала мой пятизарядный «Смит и Вессон» тридцать восьмого калибра.
– Господи Иисусе! – Воскликнул он. – Что это ты собираешься делать, пристрелить меня? Как будто это что-то изменит. – Он внимательнее присмотрелся к пушке, покачал головой, и его лицо изменилось в очередной волне отвращения:
– Милая, в этом пистолете нет ни одной пули.
– Одна должна быть, – ответила я, – одну я точно должна была зарядить!
– Ну, да конечно. – Он прикончил пиво и пошел прогуляться от кухни до гостиной, потом оглянулся и зашел в спальню.
– Эй, парниша, – завопила я. – Куда это ты собрался?
Конечно же, он и не думал останавливаться.
– Ну, всё – с меня хватит, я вызываю полицию.
– Дай мне передохнуть, – отозвался он, – у меня был реально поганый день. – Потом он сбросил ботинки, шлепнулся на мою кровать, и, рассмотрев комнату спросил:
– А где телевизор?
– В гостиной.
– О, ну и дела, у тебя даже нет телевизора в спальне. Неужели всё так дерьмово?
Я осторожно приблизилась к кровати, медленно потянулась и дотронулась до него.
– Я настоящий – н-а-с-т-о-я-щ-и-й! Вроде бы. И всё мое оборудование в рабочем состоянии. – И тут он впервые улыбнулся. Должна отметить, улыбка была потрясающая: ослепительно белые зубы и добродушные смеющиеся глаза (если вдруг вам это интересно, конечно).
Улыбка была хороша. Новости были плохи. Я не понимала, что всё это значит. В целом, ничего не могло помочь моему сердечному ритму прийти в норму. По правде, я в значительной степени крутая охотница за головами. Однако, все-таки – я не самый храбрый человек на свете, зато могу обдурить кого угодно, поэтому я огляделась вокруг и сказала себе: «Возьми себя в руки, Стефани!»
– Подойди ближе, – сказал он, – они всегда так делают.
– Они?
– Женщины. Женщины любят меня.
Слава Богу, у меня не было пули, чтобы зарядить пистолет, иначе я бы определённо пристрелила этого парня:
– Как тебя зовут?
– Дизель.
– Это имя или фамилия или прозвище?
– Просто зови меня так, а ты кто?
– Стефани Плам.
– Ты живешь здесь одна?
– Нет.
– А ты та еще врушка, у тебя на лбу написано, что ты живешь здесь одна.
Я сузила глаза:
– Прошу прощения?
– Ты точно не сексуальная богиня, – констатировал он. – Волосы как адская мочалка. Мешковатые тренировочные штаны. Никакой косметики. Неудачница. Не то, чтобы нет некоторого потенциала…Формы у тебя что надо. Чашка 34B? И у тебя красивый рот и пухлые губки, – тут он снова швырнул в меня улыбочку, – эти губы ни одного мужчину не оставят равнодушным.
Просто чудесно! В моей квартире псих, неизвестно как сюда попавший, и к тому же неравнодушный к моим губам. В моей голове понеслись мысли о насильниках и серийных убийцах. Предупреждения моей матери отозвались эхом в моих ушах: «Не разговаривай с незнакомцами. Дверь всегда должна быть заперта». Да, но это же не моя ошибка, я так думаю. Моя дверь была заперта. Какого хрена так получилось?
