Праздничная связь полностью

Я изо всех сил пытаюсь изобразить разочарованный вид, хотя не совсем уверен, что притворяюсь.

— Боже, я этого не переживу.

Он кивает в знак согласия, и я показательно закатываю глаза.

— Над чем работаешь?

— Счет Брэдфорда, — отвечаю я и нахмуриваюсь, обнаруживая, что он не взял с собой никаких документов. — Думал, ты тоже над ним работаешь.

Хантер пожимает плечами.

— Так и есть. Просто ты явно сделаешь лучше, чем я.

У меня отвисает челюсть.

— В смысле? Ты будешь просто сидеть и смотреть на меня?

— Ну, разумеется, нет. В какой-то момент я планирую уговорить тебя снять эти чопорные рабочие штаны, а потом, может быть, вздремну, — он вытягивает руки над головой, еще больше откинувшись назад.

Я открываю рот, чтобы ответить, но понимаю, что не в состоянии произнести ни слова, потому что... что?

— Ты совсем тупой? Я не буду спать с тобой в офисе. Да и вообще. Ведь у нас была всего одна ночь, помнишь? Ты не можешь просто приходить ко мне в кабинет, чтобы пялиться или вздремнуть. Потому что это странно.

Хантер ухмыляется, и я бешусь, потому что в кои-то веки внутри возникает соблазн просто позволить ему сделать все, что он захочет.

Но не то чтобы я вообще когда-либо получал право голоса.

Он наклоняется вперед, и стул снова жалобно скрипит. Перегнувшись через стол, он передвигает мой степлер, затем подставку для ручек, а я просто смотрю, как Хантер переставляет все мои вещи.

Нет смысла спорить с ним.

— Ты же понимаешь, что я потом верну все на свои места? — спрашиваю я.

Как только его удовлетворяет новое расположение МОИХ!! вещей, Хантер облокачивается на стол.

— Понимаю, но так будет удобнее. Ты ведь левша.

Стыдно признать, но я заметил еще в прошлый раз, когда он взял на себя смелость переставить мои вещи… так правда удобнее. Но я поставил все обратно, потому что… в смысле? Я что, должен признать, что Хантер прав? Ни за что на свете.

— Так вот, вернемся к твоим брюкам…

— Они останутся на мне, Холлидей. Держи свои гигантские лапы при себе, — рявкаю я, но он, кажется, остается совершенно невозмутимым.

Как только он открывает рот, чтобы ответить, раздается еще один стук в дверь, и мы оба удивленно оборачиваемся, потому что были уверены, что остались в офисе одни.

— Войдите, — говорю я, прочистив горло.

Дверь распахивается, и Мистер Ваггонер замирает на пороге. Он смотрит на Хантера, затем на меня, а потом снова поворачивается к Холлидею. Его явно потряс тот факт, что худший сотрудник компании все еще на работе.

— Хантер! Я сплю и приятный вижу сон? Ты пришел помочь Финну? Ему и правда будет полезно хоть раз уйти с работы вовремя.

Хантер стреляет своей фирменной улыбкой.

— Вы правы, я очень хочу помочь Финну.

«Вылезти из штанов», — мысленно добавляю я, а затем поворачиваюсь к нашему боссу.

— Вы хотели, чтобы я сделал что-то еще?

— О, нет, что ты, — отвечает он, отмахиваясь от меня. — Хотел спросить, не поможешь ли ты мне на вечеринке в эту пятницу? Прилетает моя теща, и мне обязательно нужно быть дома, чтобы поприветствовать ее. Сможешь задержаться, чтобы пустить поставщиков? Ты ведь все равно постоянно сидишь допоздна.

— Я могу, — вмешивается Хантер, и мы оба поворачиваемся, чтобы посмотреть на него.

— Что ж, ты меня очень выручишь, ведь ты обычно уходишь довольно рано, — Мистер Ваггонер прямо таки сияет от удовольствия. — Но ты вроде говорил, что у тебя свидание?

Напрягшись всем телом, я прикусываю язык, чтобы немедленно не потребовать от Хантера ответов. Но потом понимаю, что он имеет право встречаться с кем пожелает. Меня это не касается, но тогда почему он зависал со мной все выходные? От внутреннего напряжения у меня сводит челюсть.

Хантер смотрит на меня, и в уголках его глаз появляются морщинки. Видит ли он, что я охренеть, как зол? И ему что… нравится?

— Свидание с Финном, так что все в порядке.

От шока я распахиваю глаза, и мне приходится приложить титанические усилия, чтобы удержать рот на замке.

Мистер Ваггонер выглядит таким же шокированным и несколько долгих секунд переводит взгляд с него на меня, а затем разражается громким восторженным смехом.

— Ну, конечно!

В смысле, «ну, конечно»…?

Быстро повернувшись к Хантеру, я снова смотрю на нашего босса, который сияет ярче, чем рождественская ель.

— Не могу дождаться, чтобы показать вам наши парные свитера! — говорит Хантер.

— Буду ждать с нетерпением! — поддакивает Мистер Ваггонер. — Но, думаю, в этом году у тебя есть мощный конкурент, Хантер. Не хочу хвастаться, но у меня кое-что припасено в рукаве.

Мы что, в какой-то рождественской комедии?

Я упоминал, что Холлидей из года в год побеждает на конкурсе, потому что он выигрывает все и всегда? Улыбка Хантера становится еще шире.

— Я в игре.

Щеки мистера Ваггонера розовеют от смеха.

— Пойду-ка я, ребята. Иначе опоздаю на семейный ужин. Не засиживайтесь допоздна.

Как только он закрывает дверь, я бросаю взгляд на Хантера, который, как обычно, просто улыбается.

— Я не пойду с тобой на вечеринку, Холлидей.