Неудачно пущенная снизу зеленая ракета чиркнула о стену и вместо неба полетела, шипя, на завод. Стрельба на мгновение угасла, а потом разгорелась с новой силой.
– Давай вниз! – быстро сказал Снайпер. – Переходите за стены! Они там с «граником» забегали! Я их пугану.
Второй скатился вниз, передал его слова и сел отдышаться в углу. Остальные выскользнули в дверной проем. Несколько секунд Второй послушал, как Олег безответно вызывает «Циклопа», а потом через силу побежал обратно и лег вверх лицом возле ног Снайпера.
– Все, больше… ждать… нельзя… – пробормотал тот и задержал выдох.
Винтовка тихо хлопнула и лязгнула затвором. Почти сразу смолкли все выстрелы.
– Залегли. Никто не высовывается. – Он продолжал, не шевелясь, смотреть в прицел. – Передохнём пока.
В наступившей тишине ожила радиостанция.
– «Циклоп»! «Циклоп»! Я «Факел»! «Факел»! – дрожал взволнованный голос. – Нахожусь на заданном рубеже! Мастерские на границе Ташкалы и Заводского! Как слышишь, «Циклоп»?
Второй не услышал «Циклопа», но «Факел» с ним, по-видимому, связался:
– «Циклоп», рядом со мной пятиэтажка на горке, с нее по мне снайпер бьет! У меня «трехсотый»! Подкинь «огурцов»! Даю координаты…
– «Факел»! Я «Высотка»! – перебивая его, заорал в эфир Олег. – Эта четырехэтажка на горке – моя! Этажи посчитай! Ты по мне уже полчаса хлещешь! Какого хера?! Дай отбой «Циклопу», он меня не слышит! Даю еще ракету!
Теперь зеленый огонек повис точно над горкой.
Недолго послушав тишину в эфире, Олег снова вызвал «Факела»:
– «Факел», чё молчишь? Ответь «Высотке»! Я в четырехэтажке над твоим заводом! Дай отбой «Циклопу»! – Он подождал еще немного и добавил со злостью: – «Факел», я «Высотка»! Если нас минометы накроют, мой снайпер устроит вам напоследок…
– «Циклоп», «Циклоп», я «Факел»! Как слышишь? Отбой по «огурцам» на горку! – раздалось из эфира.
Второй вместе со всеми облегченно выдохнул.
– Олег, спроси, что у них с раненым? – попросил спустившийся вниз Снайпер.
– «Факел», что с вашим «трехсотым»?
– Ничего, легкий. Сквозное, в мягкие ткани…
Снайпер кивнул:
– Туда и целился.
Осмелев, Второй осторожно высунул голову в оконный проем, чтобы взглянуть на завод. Ослепительная вспышка резанула его по глазам, а резкий удар взрывной волны отбросил на пол. Он даже не услышал разрыва, но сознания не потерял. Все, кто был в комнате, лежали на полу в клубах пыли. Еще два тяжелых толчка сотрясли здание, но Второй не слышал грохота. Он только моргал и вращал глазами, стараясь разогнать плавающие в них красные круги, а потом увидел, как Олег трясет за плечи пулеметчика и что-то кричит ему прямо в перебинтованное лицо. Когда через несколько мгновений вместе со звоном в ушах к нему вернулись окружающие звуки, Второй услышал голос командира:
– …«Факел», падла, поздно отбой дал… хорошо, что мы вниз не спустились! Снайперюга, молодец, отговорил. Как чувствовал! А все осколки по первому этажу прошли! Нас только волной шибануло!
Снайпер сидел в углу на корточках, тихонько раскачивался вперед-назад и сжимал ладонями голову в осыпанной пылью шапке. Второй подошел и присел рядом. После пережитого шока ему, несмотря на шум в голове, хотелось сделать Снайперу что-нибудь хорошее, например, поделиться спиртом или просто сказать: «Братан, молодец… бля!» Но, увидев его лицо, Второй спросил только:
– Цел?
Снайпер кивнул.
– Чё запаренный такой? Живы же…
– Там, справа от завода, за дорогой – бээмпэшка сгоревшая. Сокол на борту. Я в прицел видел… Фугасом ее раскололо.
Прилив счастья схлынул.
– Аскер?
Снайпер снова кивнул и опустил голову.
– С чего ты взял, что это они? – не поверил Второй.
– Бортовой номер виден. Я тогда запомнил…
Утренний перелет закончился. Стрельба смолкла. Егеря молча ехали вдоль поля, мимо пасущейся стаи.
– Что же они глупые-то такие? – не выдержал первый.
– Глупые? – переспросил второй.
– Да гуси! Не боятся ничего. Скоро ЭТИ их прямо из машин начнут лупить!
– Что предлагаешь?
– Не знаю…
– Тогда притормози.
Первый остановил машину. Второй достал с заднего сиденья двустволку, зарядил и распахнул дверцу.
– Пусть боятся! – хмуро сказал он, прицелился и выстрелил.
Сноп дроби распластал дозорного по траве. Стая с короткого разбега подскочила и взлетела, за ней поднялись другие, и, когда отголоски выстрела затихли, небо над полями потемнело. Второй вышел из машины, перепрыгнул придорожную канаву и подошел к птице. Гусь был тяжело ранен, но еще жив. Он лежал, раскинув вздрагивающие крылья, и даже не мог оторвать от земли голову. Егерь наклонился, приподнял его за шею и резко дернул. Гусь взмахнул несколько раз крыльями, пытаясь в агонии взлететь, и затих. Егерь вернулся к машине и бросил его на пол, за сиденья.
– Щипать будешь? – спросил его Первый.
– Поехали, – ответил Второй.
Возле милицейской машины притормозили, он снова вышел, вытащил гуся и понес навстречу удивленному капитану.
– Вот спасибо! – заулыбался тот. – А я-то просто так сказал насчет гуська, на всякий случай. Ну, как там руководство?
– Отлично! Вот, это вам с напарником за хорошую службу!
