Офисная дверь распахнута настежь. И это тоже было как раньше. Однако внутри офис сильно изменился. Теперь он напоминал какую-то научную лабораторию. Другие стены. На каждом столе по компьютеру. В мое время об этом и мечтать нельзя было. Сидящие за столами сотрудники не отрываясь глядели в мониторы. На моем лице, видимо, отразилась растерянность, потому что пробегавшая мимо девушка спросила:
— Вы к кому?
— Э-э… — начал я и закашлялся, — ваш директор, господин Иноуэ, на месте? Меня зовут Акияма.
Девушка недоверчиво меня оглядела. Она была в джинсах — особая привилегия тех, кто трудится на ниве дизайна. Конечно, она не знала меня. Область графического дизайна отличается завидным метаболизмом — старое здесь быстро сменяется новым. Интересно, кем я выгляжу в ее глазах?
Тем не менее она приветливо улыбнулась:
— Он еще не подъехал. Будет с минуты на минуту.
— Можно его подождать?
— Конечно, сюда, пожалуйста.
Она с любезной улыбкой проводила меня к дивану у стены. Директор у нас всегда был демократичным. Я снова окинул взглядом офис. Человек пятьдесят, как и раньше. Уже одно то, что штат не сократился, в наше время говорит о многом.
Внезапно раздался громкий возглас:
— Ба! Акияма!
Из глубины офиса ко мне направлялся мужчина.
Через мгновение я вспомнил его имя. Китадзима. Один из немногих в нашем офисе, кто умудрялся с легкостью находить общий язык даже с таким откровенно асоциальным типом, как я. Кажется, мы с ним устроились сюда примерно в одно время.
Широким шагом он пересек комнату и приблизился ко мне. Ухватил обеими руками за плечи и заговорил с былой теплотой:
— Сколько лет, сколько зим… Чем занимаешься?
Я непроизвольно улыбнулся в ответ:
— Все бродяжничаю. Удивительно, что ты на том же месте.
Он раскатисто расхохотался:
— А ты злой. Я не на том же месте. Я теперь начальник. Руковожу.
— Хм, сделал карьеру?
— Ну да. Годы идут. Странно было бы в моем возрасте не сделать карьеры в такой крошечной компании.
Затем, выпятив подбородок, он внимательно оглядел меня:
— А ты изменился.
— Годы берут свое.
— Нет. Тут что-то другое. Не скажу, что именно, но что-то изменилось. А ты, кстати, с чем пожаловал? Неужели решил обратно податься?
— Возможно.
— Да что ты?! И это говорит легендарный патрон Акияма!
Тут в разговор вмешался юноша:
— Господин Китадзима, буклет «Айбы» я скинул на магнитный диск. Как мне с ним поступить?
— Отдай в центр. Я потом посмотрю.
Когда юноша исчез, я спросил:
— Вы все еще работаете с «Айбой»?
— Работаем. Это наш основной клиент. Около семидесяти процентов заказов. Из прямых заказчиков, пожалуй, остались только они.
«Айбой» мы сокращенно называли компанию «Айба Дэнки Когё», которая входила в пятерку крупнейших производителей промышленного электрооборудования и бытовой электроники.
— Н-да… — протянул я, — здесь многое изменилось. Компьютеры на каждом столе.
Китадзима обвел взглядом офис, словно желая убедиться, и со вздохом промолвил:
— Сейчас реже встретишь дизайнерскую компанию, где нет «Макинтошей». Наша отрасль сильно изменилась за последние годы. Лично мне хватило бы и цифровых часов. А вроде привыкаешь, и уже удобно.
— А что такое магнитный диск?
— Магнитооптический диск. Та же дискета. Только объем шестьсот сорок мегабайтов — в сотни раз больше. Дискеты уже недостаточно, чтобы скачивать сложные изображения. Разве могли мы мечтать о том, что графический дизайн окажется в авангарде высоких технологий?
— М-да, время движется вперед.
— Это точно. Движется вперед все стремительнее… Хорошо это или плохо, но мы живем в реактивный век.
Кто-то позвал Китадзиму к телефону. Поднимаясь, он спросил:
— И все же, что тебя привело к нам сегодня?
— Разговор есть к шефу.
— Что ж, если будет время, давай потом перекусим вместе. В нашем возрасте разговоров все больше. Как мусора.
Не дожидаясь ответа, он вернулся к своему столу. Заговорив с невидимым собеседником, Китадзима совершенно преобразился: развязный тон исчез, теперь он был сама учтивость. Видимо, на том конце провода заказчик. Говорить с заказчиками — особое искусство. Над офисом поплыл его жизнерадостный зычный голос. Таким некрупным компаниям, как «Кёби Кикаку», никуда без крепкого отдела продаж. Иноуэ из той же породы. Его деловая хватка в сочетании с творческим потенциалом Мурабаяси рождала прекрасный тандем, уверенно двигавший «Кёби» вперед. И то, что после ухода Мурабаяси компании удалось сохранить штат, несомненно, заслуга Иноуэ.
Кто-то хлопнул меня по плечу:
— Что, ностальгия замучила, а, приятель?
На меня с улыбкой глядел седеющий мужчина. Иноуэ. Они с Мурабаяси были ровесниками, когда-то вдвоем основали эту фирму. Только у Мурабаяси волосы все еще были черными, а у Иноуэ в ярком солнечном свете четко проглядывала седина. В прошлый раз мы столкнулись поздно вечером, и это не так бросилось в глаза. Да… Много воды утекло с тех времен, когда я здесь работал.
Я поднялся:
— Да нет, какая ностальгия? Все иначе. Путешествие во времени.
— Понимаю твои чувства. — Он засмеялся. — Ну, пошли в мой кабинет.
