— Как где? — удивился Оук. — На базе в Заливе, естественно. Как всегда.
Лифт щёлкнул и остановился.
— Там, наверху, сейчас находится правительственный корабль связи.
На этот раз Оук был предельно деловит.
— Четырёхместный, — дополнил его Рэй.
— Да, — кивнул Оук. — Но я умею водить эту модель.
Он вынул из кармана коробочку, вставил в неё ключ и повернул.
— Вот и всё. Можно идти. За эти документы вашим друзьям постараются помочь. Да и я замолвлю словечко.
На этот раз Оук был — сама теплота и дружелюбие.
Они вышли на крышу и увидели летательный аппарат.
— Как вы думаете, почему вербуемым на должность спецагента предлагают жалованье больше, чем колонисту на Марсе?
Оук весело открыл дверцу.
На крышу вывалился человек с квадратной головой и металлическими волосами. Из пробоины в середине верхнего квадрата неспешно шёл себе дымок. Ликвидатор сработал безукоризненно.
— Потому что оно возвращается обратно в казну.
— Надо отнести его подальше, — распорядился Рэй и посмотрел на друзей.
Эйджин и Гай молча взяли тело и потащили его к вентиляционной трубе на краю крыши. Усадив труп у парапета, Эйджин провёл рукой по окровавленным антеннам волос и вдруг услышал долгий свист. Оглянувшись, он увидел Рэя, смотрящего вслед улетающему аппарату. "Циклоп" висел на его плече стволом вниз. Эйджин медленно подошёл к другу и положил руку на его плечо.
— Ты-то мог бы улететь вместе с ним.
— Нет.
Они стояли и смотрели на удаляющийся аппарат, чернеющий соринкой на фоне огромного серого бугра. Это из недр Бездны, заслоняя полгоризонта, бил фонтан рукотворного коллоидного ада, стремящего удовлетворить СВОИ потребности.
Аппарат всё уменьшался в размерах, и вдруг рассыпался искрами фейерверка и развеялся облачком дыма.
Оба, не сговариваясь, подняли головы. В дневном небе было отчётливо видно, как блестящие кружки отражающих поверхностей энергетических спутников, такие маленькие отсюда, разворачивались, направляя вниз концентрированные лучи солнечной энергии.
— Читал одну книгу, — сказал Эйджин. — Очень давно. Запомнилась всего одна фраза. "Жил грешно, и умер — смешно". Удивительно подходит к настоящему моменту.
Рэй хмыкнул.
— В одной из стран прошлого считали, что главное в жизни — это смерть. Не важно, когда ты умрёшь, важно — КАК.
Расстегнул скафандр, достал из нагрудного кармана пластиковую табличку с текстом.
— Последний дар Императора. Как в воду глядел…
Эйджин протянул руку, приблизил к глазам, прочёл.
Горе тем, которые мудры в своих глазах.
И разумны пред самими собою!
За то они и будут вкушать от плодов путей.
Своих и насыщаться от помыслов их.
Потому что упорство невежд убьёт их,
И беспечность глупцов погубит их.
— Великолепная эпитафия, — сказал Эйджин. — Лучшего надгробного камня над нашим городом и придумать нельзя…
— Но они же не могут уничтожить весь Город…
Гай обхватил их за плечи.
— Не могут, здесь же люди, и они люди, они просто сожгут Бездну, вы видите — тучи уже нет! И мы будем жить, хорошо жить, лучше, чем прежде… Ведь правда, они же не будут жечь Город? Ну скажите же мне, что это правда!..
— И что было потом? — спросила Кама.
Теперь она больше всего напоминала мать большого семейства, строгую и властную хозяйку усадьбы, повелительницу замка и государства, пока венценосный супруг занят своими королевскими забавами вроде войнушки с соседями…
Понятное дело. Подключение и жизнеобеспечение такого количества живых душ в своё биополе даром не проходит.
Бус Кречет увёл взгляд в сторону от её лица и пожал плечами.
— А дальше из-за ближайшей вентиляционной шахты показались мы с Остатком и предложили им пройти в нашу авиетку.
Кречет вспомнил и фыркнул.
— Видела бы ты, каким презрением они нас облили! По-моему, даже факт грядущей смерти и то был забыт на фоне их отношения к нашей предполагаемой сексуальной связи.
Герой-подпольщик покачал головой и продолжил:
— Хорошо, что Остаток вовремя догадался предъявить им свои пятки без всяких половых излишеств… А затем представил нас как спасательную группу Внешнего Мира.
Вот тут их передёрнуло, — аж стволы подняли и назад отшатнулись. В первое мгновение, правда, здорово им там мозги промыли. Такую ложную картину мира создали, что…
Говоривший только махнул рукой.
— Двое старших сразу опамятовали, пушки свои убрали. А младшего обезоружили. Покрепче был зомбирован.
Ну, подлетели мы к самой стенке кордона. А завеса уже изгибается, купол куполом. Протиснулись мы кое-как, скажу по совести. Оказывается, в процессе схлопывания Красной Зоны силовое поле кордона очень сильно твердеет, упрочняется. Надо будет учесть на будущее.
Кама кивнула и спросила:
— Решил очистить планету от Красных Зон?
Бус Кречет согласно покачал головой и произнёс:
