Вскоре Джуми опять стучит в дверь.
— Что? — спрашиваю я, выглядывая из комнаты.
— Пора идти в столовую.
— Я могу пропустить…
Осекаюсь, заметив ужас в глазах Джуми. Ясно, этого драконы тоже не потерпят. Куклы должны правильно питаться: вкусно, полезно и вовремя.
— Может быть, что-нибудь успеем после ужина? — предлагаю я.
Джуми заметно веселеет.
— Может быть, — отвечает она. — Тогда пойдем быстрее.
Вместо брюк я надеваю длинную шерстяную юбку. Мое отношение к драконам не изменилось. Но если я хочу чувствовать себя комфортно, придется притворяться и делать вид, что играю по их правилам.
Я не собирался идти на вечеринку.
Так что я делаю перед зеркалом, выбирая наряд? Первый порыв — отшвырнуть одежду и остаться в комнате. Но, поразмыслив, я решаю, что имею право удовлетворить любопытство.
Хочу я или нет, Иленоре — моя будущая жена. Мое желание избавиться от нее разобьется вдребезги о волю отца. Я даже не знаю, что должно случиться, чтобы он отказался от этого брака. Разве что Иленоре переспит с каким-нибудь драконом до меня, и об этом объявят, как о преступлении. Но тогда девушку ждет смерть…
Милосерднее было бы позволить ей умереть от испуга.
Хорошо, буду честен с собой. Мне хочется узнать больше об Иленоре. А еще меня беспокоит ее состояние, и я хочу убедиться, что с ней все в порядке.
Навряд ли я нарушу планы Йона, если пойду на вечеринку, но удивлю — точно.
Так и есть.
— Раду?
Лицо Йона вытягивается, когда он видит меня «при параде».
— Я вызываю подозрения, сторонясь других, — заявляю я. — По легенде я в поисках невесты, но отсиживаюсь в комнате.
— Верно, — соглашается Йон.
Он расстроен, это заметно. Понимает, что не сможет «вертеть хвостом» перед Иленоре в присутствии ее будущего мужа.
— Я ненадолго, — успокаиваю я его. — Только на пляжную часть. Танцевать не пойду.
У вечеринки две части. Первая — на пляже, с кострами, едой и безалкогольным пивом. Девочки любят лакомиться запеченными на раскаленных углях кусочками мяса и рыбы, овощами и запивать это напитком с солодом и хмелем. Вторая часть пройдет в танцевальном зале.
— И вообще, — добавляю я. — Веди себя естественно, не обращай на меня внимания. Там все свои, не стоит опасаться нападения. Просто отдыхай.
Йон неуверенно кивает. Но я, действительно, не собираюсь отсвечивать, только наблюдать.
Пляж украсили разноцветными шарами, висящими в воздухе. Их используют, как освещение, и внутри каждого что-то находится — бабочки, блестки или снежинки. Ищу взглядом Иленоре. Кучка девчонок собрались у костра и мешают Калле жарить мясо, болтая ему под руку. На бревнах парочки любуются морем. Есть и те, кто носится по пляжу вдоль кромки воды, уворачиваясь от волн.
Иленоре нигде нет.
Йон мнется рядом.
— Иди, — говорю ему вполголоса.
— А как же…
— Это приказ. Я останусь здесь.
Устраиваюсь в шезлонге под навесом. Здесь обычно прячутся от солнца, а сейчас вокруг пусто, все развлекаются на песке и вокруг костров.
У навеса один недостаток — не видно звездного неба. Но это легко исправить: вытаскиваю шезлонг из-под навеса, оставаясь рядом с ним. Вот теперь красота. Можно лежать и смотреть наверх, слушая шелест волн.
Если бы еще девчонки не так громко визжали…
Мое уединение нарушает Йон.
— Ты опять? — вздыхаю я.
— Раду, я поесть принес, — говорит он. — Ты же сам не подходишь к кострам.
— Потому что не хочу. — Но тарелку с рыбой и овощами я беру. — Она не пришла?
— Иленоре? — зачем-то переспрашивает Йон. — Пришла. Вон она.
Он показывает на девичью фигурку, стоящую у кромки воды.
«Длинная юбка, — отмечаю я. — А рядом, конечно же, Рун».
К слову, не только он. Как я и предполагал, что ее не оставят в покое.
— И почему ты здесь, а не с ней? — спрашиваю я у Йона.
Он машет рукой и плюхается рядом, прямо на песок, скрестив ноги.
— Так почему? — настаиваю я.
— Она как неживая, — говорит он. — Внимательно слушает, улыбается, кивает. Но как будто где-то далеко.
Вот как…
— Мне показалось, она ничему не радуется, — добавляет Йон. — Это расстраивает.
Еще бы она радовалась, если рядом торчит Рун! Ее, небось, тошнит от одного его вида.
— Наверное, она устала, — предполагаю я вслух. — День был утомительным. Рун провел инициацию?
— Ха! — Йон вдруг закатывается в смехе. — Ха-ха-ха!
— Я сказал что-то смешное? — мрачно интересуюсь я.
— О, прости! — Он утирает выступившие слезы. — До Руна недавно дошло, что первое касание магии Иленоре подарили до него. Видел бы ты его лицо!
— И кто же это был?
— Ты, Раду!
Я?!
— Ты же коснулся ее, когда вмешался в наказание! — напоминает Йон.
Точно… Я как-то и не думал, что это случилось.
— Рун сильно возмущался?
— Не-а… Проглотил, — сообщает Йон. — Сказал, что Иленоре принадлежит принцу, так что ему все равно.
— То-то Рун ни на шаг от нее не отходит, — замечаю я.
— Раду, ты жалеешь, что не можешь… ухаживать за Иленоре? — спрашивает Йон.
— Жалею?! — восклицаю я возмущенно. — Я счастлив, что это так!
— Но почему, Раду?
— Почему счастлив?
— Почему тебе не нравится Иленоре?
«Потому что она меня ненавидит. Потому что меня лишили права выбора».