- Да дай ты ему по башке! - продолжал кричать татаровьин. - Смирно лежи, змей поганый, прибьем а то!
- Спокойно, - положил руку на чешуйчатую макушку Кащей.
Огненный змий мгновенно утих и присмирел, виновато опустив клыкастую голову. Из его нутра доносилось тихое урчание, как у толстой кошки.
- Запрягайте, - распорядился старик в короне.
Перед тем, как подняться на эту башню, Кащей некоторое время провел во внутреннем дворе. Там он перекинулся несколькими словами с ханом татаровьев - невысоким коренастым мужичком с тоненькими черными усами. Калин, сын Калина - правая рука Кащея, самый преданный, самый верный.
И еще с неким существом беседовал Кащей о чем-то - огромным, размером с целый холм. Чешуя на тулове - словно щиты богатырские, крылья - паруса корабельные, лапы - дубов корневища, шеи - столбы извивающиеся. И три головы - огромные, зубастые, из ноздрей пар пышет, из пастей огонь вырывается. Глаза мудрые-премудрые, но злые и холодные, словно у змеи - и недаром. Змей Горыныч - чудо чудное, диво дивное, сам кошмар во плоти.
Даже глянуть страшно - так огромен и свиреп ящер лютый.
Змей Горыныч и хан Калин внимательно выслушали властелина и согласно кивнули - Калин единожды, а Змей всеми тремя головами. Игорь хотел было спросить, о чем речь шла, но потом решил не лезть попусту в то, что его не касается. Мало ли о чем Кащей со своими подручными разговаривает - может, наказывает его хлебом-солью встречать, когда с новой невестой воротится?
- Держись крепче, - приказал Кащей, вступая в колесницу и берясь за вожжи. - Ты не бессмертный, упадешь - умрешь.
- А то не знаю! - огрызнулся Игорь, бесстрашно глядя вниз. - Я, царь, к тебе в гости прийти не забоялся - неужто в небушко подняться струхну?
Кащей равнодушно пожал плечами. Его такие вопросы волновали мало.
- Но, поехали, - ничуть не повышая голоса, скомандовал он. Восклицания в речи царя нежити отсутствовали напрочь.
Крылатый змий яростно всшипел и побежал по кругу, набирая скорость. Крылья неистово заколотили по воздуху, пузо ощутимо раздулось от горячего газа, чудище срыгнуло излишки и начало подниматься в поднебесье. Кащей спокойно держал вожжи, направляя колесницу в нужную сторону.
По бокам колесницы птичьими крыльями расправились деревянные лопасти. Полозья заискрились, замерцали, опираясь вместо земли на вольный воздух. Змий нес седоков с бешеной скоростью - Игорь торопливо обвязал голову тряпицей, чтобы не оглохнуть. Ветер в ушах так и свистал.
Другое дело - Кащей. Бессмертный царь стоит невозмутимо, как языческий кумир на возвышении - не двинется, не шелохнется. Пальцы-костяшки крепко сжимают вожжи, холодные блеклые глаза равнодушно взирают вперед - на все еще алеющий закатом небозем.
Отобранное снаряжение Игорю вернули. И оружие, и кольчугу, и шелом. Даже кошель с монетами возвратили. Стоя за спиной возницы, князь невольно думал, как было бы легко сейчас отрубить Кащею голову… впрочем, он прекрасно помнил, чем закончилась предыдущая попытка. Вторично делать из себя дурака Игорь не собирался.
Под колесницей пронеслась широкая полоса воды, поблескивающая в лунном свете. Неужто Двина?! Так и есть! А на берегу, само собой, его родной город…
Меж Костяным Дворцом и Ратичем почти триста верст. Верхом на коне Игорь добирался аж две с половиной седмицы - в обход, через чащобу, по звериным тропкам, буреломам непролазным. А змий крылатый за неполный уповод[21] домчал - поди ж, борзокрылый какой! Вот бы себе такого заиметь - то-то все обзавидуются! Завтракаешь в Киеве, обедаешь в Новгороде, а на ужину к брату в Тиборск…
То-то славно было бы!
- А что, царь, нет ли у тебя от этого змия змеенышей? - с интересом спросил Игорь. - А то уступил бы одного, а? Серебром заплачу!
- Нет, - коротко ответил Кащей.
- Нет - то есть нету, или нет - то есть не уступишь? - не понял князь.
- А какая разница? Ты так и так ничего не получишь. Хек. Хек. Хек.
Игоря передернуло. Этот ледяной кашляющий смех словно выворачивал наизнанку каждую жилочку - таким морозом обдавало, такой жутью веяло.
- Снижаемся, - бесстрастно сообщил Кащей, направляя змия вниз. - Где твои хоромы, князь?
- А тебе зачем? - насторожился Игорь.
- Если помнишь, я в твоем тереме гость обычно нежеланный. Увидят стрельцы твои - бердышами начнут размахивать, стрелами утыкают. Да и супругу мою будущую не хотелось бы растревожить раньше времени.
Игорь почесал в затылке и неохотно признал правоту спутника. Ужас-то какой - у князя сам Кащей в возницах, на змие летучем домой воротился! Чего доброго, и в самом деле попробуют Кащея в полон взять… а дружина ему, Игорю, пока еще живой надобна.
Опять же, и верно - то-то Василисе будет сполоху, коли пробудится с милым дружком под бочком… а у изголовья муж законный стоит! И прямо сонную - Кащею в охапку, да прочь из терема! Кабы еще лужу под себя не напустила, змея подколодная!
Игорь злорадно хрюкнул.
