Елена дико завизжала, загораживаясь тем, что подвернулось, - обычной подушкой. Кошмарная харя Жердяя исказилась в злорадной гримасе - он схватил княжну вместе с ее жалкой защитой, поднял добычу над головой и сделал гигантский шаг назад.
Да, Жердяй - худосочная дохлятина с трясущимися ручонками, но при этом он все равно остается пятисаженным великаном. Сил унести стройную девушку ему вполне хватает.
- А ну, отпусти девочку, пугало огородное!!! - заорала снизу боярыня Марфа. - Сладил, дылда?!
Жердяй только хохотнул, ухватывая вырывающуюся княжну поудобнее - точно кошку строптивую в охапку взял.
- Кому говорю?! - рявкнула озлобленная вдова.
Ее ладонь сама собой нашарила тяжелый оловянный ковш. Боярыня размахнулась, что есть силы врезала Жердяю по колену и… шлепнулась носом в землю, не удержав равновесия. Ковш прошел сквозь ногу нечистого духа, как сквозь клуб дыма. Нескладная высоченная фигура лишь малость пошатнулась - Жердяй досадливо опустил глаза вниз и противно захихикал, глядя на копошащуюся под ногами толстуху.
- Княжну скрали!!! - завопил кто-то из гридней.
- Кто посмел?!! - гневно обернулся Иван, оставляя в покое разбегающихся лембоев.
Его взору предстала покачивающаяся спина духа-шатуна, словно составленного из ходулей. Жердяй стремительно удалялся прочь от лагеря и рощи - трехсаженными шагами, двигаясь лишь чуть медленней галопирующей лошади. Полтора десятка уцелевших лембоев неслись следом на похищенных лошадях - о убитых и раненых товарищах они уже и думать позабыли.
- Коня, коня!… - заметался по лагерю Иван, подняв Самосек над головой вместо факела. - Коня мне, коня!!!
Коней не было. Тех, кого лембои не тронули, они все равно отвязали и крепко пуганули. Попробуй, разыщи их теперь в ночном лесу!
Хоть на своих двоих следом беги…
- Фома Гаврилыч!… - позвал было княжич, но тут же виновато осекся.
Боярин так и лежал там, где принял смерть. Расстался с жизнью и десятник Суря. Не у кого совета спросить, совсем не у кого!…
- Яромир!… - жалобно крикнул Иван, приложив ладони ко рту. - Да где ж ты, волчара проклятущий?!!
- Здесь я, - сипло откликнулись сзади. - Прости, оплошал…
Иван резко обернулся, уже готовясь обрушить на выступившего из чащи оборотня поток брани и упреков, но тот выглядел столь подавленным, что у княжича не нашлось слов.
- Обхитрили меня… - поморщился Яромир. - Ведали, что пока я в лагере - врасплох не подкрадешься…
- У, кознодеи поганые! - сжал кулаки Иван. - А теперь-то что делать будем? Они ж Елену похитили!
- Что?!! - аж взвился оборотень. - Да что ж ты молчишь, дурак?!
Яромир ухватил растерянного княжича за шкирку и поволок его за кусты - подальше от ненужных глаз. Там он резко перекувыркнулся, оборачиваясь волком, и рявкнул:
- Садись, быстрей!
Через мгновение из-за кустов вылетел Иван верхом на чем-то огромном, мохнатом. Ближайший гридень недоверчиво протер глаза - ему показалось, что это небывалых размеров волк. Но княжич унесся вдаль, исчезая в ночи, и гридень махнул рукой - мало ли что может привидеться в такой темени?…
По необозримому пространству, покрытому жухлым осенним ковылем, неслось шестнадцать конных фигур. Меж ними спешно шествовало нечто, больше всего похожее на огородное пугало небывалого роста. Жердяй с легкостью перешагивал через мельтешащих под ногами лембоев, бережно прижимая к чахлой груди хрупкую девушку. Княжна Елена уже не кричала - только съежилась и тихо вздрагивала, с испугом глядя вниз, на журавлиные ноги коварного духа.
Следом мчался молодой богатырь верхом на громадном волке. Одной рукой Иван вцепился в густую шерсть, другой - вздел как можно выше Самосек, разгоняя ночной мрак. Чувствуя впереди злую нечисть, дивный клинок сиял ярче небесной звезды.
- Месяц, месяц, золотые рожки! - тихо причитывал Яромир на бегу, не желая полагаться на одну лишь удачу. - Разломай стрелы, притупи ножи, измочаль дубины, напусти страх на зверя, человека и гада, чтобы они серого волка не брали, и теплой бы с него шкуры не драли. Слово мое крепко, крепче сна и силы богатырской…
Верста.
Другая.
Третья.
Расстояние меж лембоями и волколаком все сокращалось. Жердяй бросил быстрый взгляд через плечо - на жуткой скоморошьей харе отобразилось беспокойство пополам со странным удовлетворением. Продолжая удерживать княжну, он легонько дернул локтем, и четверо лембоев отделились от общей группы, разворачиваясь к преследователям. Остальные припустили еще быстрее, обгоняя цаплеобразное чудище.
Иван вернул меч в ножны и схватился за налучье. Отличный разрывчатый лук лег на полусогнутый локоть, княжич, плотно сцепив зубы, натянул тетиву на кибить и выхватил из тула стрелу. Правый глаз закрылся совсем, предоставляя левому выцелить супротивника, тетива натянулась, зазвенела… древко почти коснулось плеча… и пальцы разжались!
Воздух задрожал, разрываемый умчавшейся стрелой. Ближайший лембой коротко вскрикнул и повалился с коня, пронзенный насквозь. А Иван уже натягивал лук по новой!
