Предания Синих камней полностью

Анализируя причины возникновения культа камней, известный религиовед Мирча Элиаде подчёркивал, что «в первобытном, или архаическом, мышлении предметы внешнего мира не имеют самостоятельной, внутренне присущей им ценности. Камень будет священным, поскольку его форма свидетельствует о том, что он является частью определенного символа, или представляет собой иерофанию, обладает маной, знаменует некий мифический акт и т. п.»[163].

И это – повод для ещё одного поворота темы, поскольку не только хочется, но и необходимо уделить немного места и другим почитаемым камням, их мифологии и фольклору. Изрядную часть их мне пока не удалось увидеть своими глазами (да и мыслимо ли вообще-то столько увидеть?). На каких-то побывали товарищи, привезли истории и фотографии, о каких-то известно из трудов краеведов и этнографов или от просто любящих свою землю людей.

В великом многообразии священных камней нет ни одного, не заслуживающего внимания, изучения, описания и фиксации всего, что о нём известно. Пренебрежительное отношение даже к самому незначительному, находящемуся вдали от дорог и поселений, почти совершенно забытому валуну – подобно тому, как если мы будем сами себя резать по живому. И без того в нашем прошлом слишком многое мимоходом отброшено, отложено до поры и с успехом вычеркнуто из памяти, переиначено…

Встречаются, так сказать, парадоксы и в связи с рассказами о других камнях. Без парадоксов и путаницы мы с вами никуда, похоже.

В. В. Виноградов и Д. В. Громов совершенно правы, когда пишут, что «имеется много камней, которые расцениваются окрестными жителями как особенные, но в то же время никаких ритуальных практик в отношении их не осуществляется, т. е. они не пользуются почитанием как таковым и тем более не являются объектами культа. “Особенные” камни просто выделены в ландшафте»[164].

К особенным относят, в частности, и камни-маркёры, камни – межевые знаки. Вроде бы вокруг них нет культа, их не почитают, к ним не приносят дары и не совершают обрядов, но, честно говоря, весьма велик соблазн попытаться сравнить их с античными гермами – четырёхгранными, как правило, каменными столпами, увенчанными первоначально головой бога Гермеса, а позднее других богов и даже уважаемых государственных деятелей или поэтов. Они также служили межевыми знаками или указателями, в общем, выполняли весьма важную функцию. Помнится, гермам приносили жертвы, а к межевым камням отношение издавна особое.

В античное время «межевые и ритуальные знаки совмещались в одном камне и посвящались богам-покровителям. Межевой камень становился фетишем. Распространен был обычай заимствования, когда межевые знаки тайком перетаскивались с более урожайных участков», но интересно, что «обращает на себя внимание идентичность обрядов в разных странах, притом в разные исторические эпохи»[165].

Мифологическая функция межевых и вообще граничных маркёров несколько отличается от священных камней. Они служат физическими знаками границы, то есть отделяют «своё» от «чужого». Однако так ли велика разница между ними в рамках мифологического смыслового поля?

Межевой камень призван отделить, защитить, но разве точка раздела не наделена одновременно и значением точки перехода?

Священный камень тоже воплощает границу, но границу другого порядка, между разными частями вселенной. Если рисовать условную карту мифологического пространства, то плоская поверхность Земли, естественно, будет относиться к срединному миру людей, а вертикаль может быть истолкована как иерархия разных миров, число которых в разных культурах может быть различно. Правда, надо постоянно помнить, что это не просто условная карта, а очень условная. Символическое пространство нелинейно, его невозможно описать в трёх измерениях, какие-то более мудрёные переплетения вселенных прослеживаются в мифах, и потому можно сделать шаг за порог собственного дома (за границу своего поселения) и оказаться в потустороннем мире, а можно под священный камень заглянуть, сделать несколько шагов – и попасть туда же. Очень всё хитро закручено в этих «волшебных измерениях»…