Преданная (СИ) полностью

А закончить он мне даст? Или точно так же, как договаривался о сдачах Лизы, легко договорится о моих неудах?

Сердце бьется быстро до болезненного. Как я так вляпалась. Вот как?

— А с направлением определилась уже?

Своей не договоренной фразой вынуждаю Тарнавского придумать новый вопрос. Или не вынуждаю?

Смотрю в лицо мужчины. Тоже немного хмурюсь и пытаюсь считать хотя бы что-то. Может он всё знает и тоже экзаменирует?

Нет. Бред. Откуда?

Он беспечно берет взятки и создает видимость властелина этики перед студентами. Вот и все.

Даже немного злюсь на него.

— Наверное, адвокатура.

— Почему?

Потому что вы когда-то были адвокатом.

— Хочу несколько лет отработать государственным защитником…

Тарнавский морщится:

— Не советую. Тебе это не нужно.

Я вроде бы не спрашивала, а все равно чувствую вспышку негодования.

Откуда вы-то знаете?

— Это отобьет у тебя желание помогать людям, Юля. Раз и навсегда. И психику расшатает. Тебе нужно что-то… Помягче. С бизнесом, не с людьми. Деньги проебывать не так травматично, как судьбы.

Киваю, как будто понимаю, о чем он.

Еще и это «проебывать». Зачет окончен, правильно?

Мы снова молчим. Я в голове уже миллион раз проиграла, как протягиваю ему бумажку. В реальности же сильно вжимаю ее в столешницу ладонью.

— Есть еще вариант удачно выйти замуж, конечно…

Смотрю с укором. Тарнавский улыбается. Широко и искренне. Нет. Это невыносимо. Он хороший, я чувствую.

— Вячеслав Евгеньевич, я хотела…

Собираю все силы в кулак и хотя бы начинаю говорить, но вселенная как издевается. А может быть издевается он.

Тарнавский подается немного вперед. Мой взгляд невольно соскальзывает на открытую мужественную шею. Возвращается к губам.

Они начинают шевелиться:

— А суд не интересует, Юль? — И сердце ухает с третьего на первый этаж учебного корпуса.

Нет. Не надо.

Мотаю головой, Тарнавский вздыхает.

Не говорите этого, пожалуйста…

— Я ищу себе помощника. Или помощницу. Неважно. Увидел тебя — захотел.

Уши загораются. Наши глаза встречаются. Я знаю, что он имеет в виду. И что смущает специально — тоже. Я краснею, но взгляд не отвожу. Как и он свой. Снова медленно растягивает губы. Зачет закончен, да. Совершенно точно.

— Ты умненькая.

— У меня высшее не окончено, — произношу не своим голосом. Это глупый аргумент. Когда я озвучила его отцу Лизы, он посмотрел так, что я только сильнее отчаялась. Тарнавскому — еще раз.

Он улыбается и объясняет взглядом: вообще похую.

— Секретарем оформлю. Там полная вышка не нужна. Закончишь — помощницей. Если сработаемся.

Не надо, черт. Не надо.

Мотаю головой. Кусаю нижнюю губу.

Нужно пересилить себя и толкнуть ему бумажку. Или просто сказать.

Но мне страшно. Я же знаю, что будет дальше. Выйду из университета — подкатит черный джип. Нужно будет отчитаться.

— Зарплату хорошую дам, Юль…

Чуть не вою. Отворачиваюсь к окну и смотрю. Там — лето. Еще несколько дней назад совершенно беззаботное. Счастливое. Наполненное перспективами. Сейчас…

— Думаю, я вам не подхожу, — выдыхаю и веду листом по столу.

Понятия не имею, чего это будет мне стоить, но пусть так.

Хочу быть честным человеком.

Только когда смотрю на Тарнавского — отчаиваюсь. Лист его не интересует. Вниз он не смотрит. Мне в лицо. Пристально. С азартом.

— Почему я так не хочу тебя отпускать, Юль? — спрашивает, разбивая сердце.

Вы бы знали, как я не хочу вас предавать…

— Обещай, что подумаешь.

Жмурюсь. Киваю.

Слышу, как ручка с нажимом ведет по бумаге.

Когда открываю глаза — в моей зачетке выведена сотка. Вячеслав Евгениевич красиво и размашисто расписывается, занимая сразу две строчки.

После этого Тарнавский берет бумажку, внутри которой записан мой большой секрет. На ней тоже пишет «Вячеслав Тарнавский» и свой номер телефона. Вкладывает в зачетку и захлопывает.

Возвращает, не раскрыв.

— Подумай и позвони. Я верю своей интуиции. Она говорит, что ты мне нужна.

Сердце тарабанит бешено. Происходящее кажется сюром.

Что ответить — понятия не имею. Ваша интуиция — сука? Бегите?

Смотрю на зачетку с секретом.

В аудитории снова тихо. Слышно, что внизу под окнами обсуждает что-то и смеется группка студентов. Я им завидую. Тоже так хочу, а не метаться.

Раз. Два. Три. Время принимать решение, Юля. Давай.

Три. Два. Раз.

— Тебя еще поуговаривать? — Поднимаю глаза. На лице Вячеслава Тарнавского улыбка. Вспоминаю слова Руслана Викторовича, с которыми не поспоришь: Тарнавский умеет производить впечатление. Когда хочет. Но зачем на меня?

Если бы он знал, кому предлагает работу…

И снова раз. Два. Нет. Не могу.

Взгляд — на него. Беру зачетку и тяну к себе. Прячу в сумку.

— Не надо. Почему я? — Спрашиваю, почему-то думая, что никакой ответ уже не собьет.

Тарнавский хмыкает, склоняет голову и неприкрыто разглядывает.

— Не взять тебя — сознательно отдать другому. А я не настолько дурак.

Воспоминания о «другом» ползут холодом по спине.

— Я могла не прийти…

— Не пришла бы — не предложил. Но ты пришла. Чему я очень рад.