– Я не собирался погибать за все это дерьмо. Черта с два. Но я знал, что Гейб будет в бешенстве, поэтому умолял папу не говорить, что это я его сдал. Не знаю, сказал ли он ему в итоге. Гейба убрали, я остался тут. А ты… я думал, ты умерла.
– Красные огни, – шепчу я.
Он поднимает голову.
– А?
– Ты видишь иногда красные огни?
– О чем ты?
– А я вижу. Каждую ночь. Потому что ты бросил меня там.
Он поспешно вскакивает на ноги и кидается ко мне.
– Я знаю. Черт, знаю. – Лукас упирается руками в шкафчики по обе стороны от моей головы. – Мне так жаль, Кейси. Я так облажался. Запаниковал, признаю это. Но я никогда не хотел причинять тебе вред. Авария была случайностью…
– Ты бросил меня умирать, Лукас. – Отталкиваю его от себя.
– Я думал, ты уже умерла, – настаивает он. – Ты же знаешь меня, Кейси. Ты
– Но причинил. И молчал об этом все это время! Позволил мне страдать, пытаясь вспомнить, что произошло той ночью. Даже притворился, что помогаешь, когда я рассказала тебе, что вспомнила! «Может, это девочка была», – передразниваю я, фыркнув.
Прежде чем я успеваю уйти, он хватает меня за руку, не отпуская.
– Прости меня. Пожалуйста. Не уходи. Поверь мне.
– Отпусти меня, – тихо говорю я.
– Ты же простила Фенна, – умоляет он, слишком сильно сжимая мою руку. – Значит, и меня сможешь.
– Отпусти мою руку…
Едва успеваю договорить, как его вдруг оттаскивают от меня.
С бешено колотящимся сердцем вижу, как Эр Джей с Фенном крутят Лукаса за плечи. Пробежав мимо них, Слоан обнимает меня, отгораживая от него.
Лукас не сопротивляется. Он словно весь оседает, силы покидают его, и он почти падает. Эр Джей ставит парня обратно на ноги, но не грубо. Не знаю, сколько они услышали, но, судя по всему, все понимают, что Лукас никому не угрожает.
Сердце печально сжимается, когда он ловит мой взгляд.
– Мне так жаль, Кейс, – шепчет он.
– Я знаю.
Потому что вижу, как его раскаяние и стыд практически пытаются вылезти из его кожи. Лукаса шатает, он не может сфокусировать взгляд.
Он поступил со мной ужасно. Это неоспоримый факт. Но я, пожалуй, верю, когда он говорит, что ни за что бы не бросил меня там, если бы знал, что я еще жива.
И все равно я киваю, когда Слоан говорит, что звонит в полицию. Только когда она сообщает, что копы уже едут, я выдыхаю и медленно разжимаю пальцы, оставив красные полумесяцы на своей ладони.
Глядя на нее теперь, я уже и не знаю, как терпел Ами столько лет. Она вечно такая неуверенная в себе. Еще и параноик. Уже сколько недель прошло с тех пор, как мы расстались, а она все еще не может перестать на меня смотреть. Бросает взгляды через плечо, когда думает, что я ее не вижу. Как же очевидно. Думает, что победила, потому что весь вечер меня избегала. Но разве ж это наказание, когда я знаю, что она только и мечтает, чтобы я заметил, как отчаянно она меня игнорирует? Детский сад какой-то, меня сейчас стошнит.
– У нас хоть одни танцы закончатся не коллективными поисками Кейси? – спрашиваю Лоусона, который стоит рядом со мной у пустой фотобудки.
Несколько минут назад мы словно все попали в одно большое дежавю. Все внезапно панически забегали, пытаясь понять, куда делась вечно исчезающая сестра Слоан. Как оказалось, примерно туда же, куда и в прошлом году, только на этот раз Лукаса увели с вечеринки два копа в гражданском.
– Вот уж не думал, что Лукас на такое способен, – замечаю я. – Бросить девчонку в тонущей машине, это же жесть.
Лоусон невнятно мычит в ответ. Он все еще заживает после их недавних разборок с Фенном. Выглядит даже хуже того раза, когда его загнал в угол старший брат цыпочки, которую он взял с собой на Багамы и бросил в аэропорту, так как накидался и нечаянно забрел в чей-то личный самолет.
– Как думаешь, что с ним теперь будет? – спрашиваю его.
Лоусон пожимает плечами и отпивает из фляжки.
Я улыбаюсь.
– Ты что, все еще дуешься?
После их драки с Фенном вся компашка Эр Джея и Слоан даже не смотрит в его сторону. Честно говоря, не вижу в этом проблемы. Пошли они все. Достали меня со своей злопамятностью и нежностью, разбрасываются друзьями направо и налево. Вот взять нас с Лоусоном – ну поругались тогда у бара, обменялись любезностями, ну и проехали. Слоан с ее командой бы с нас пример взять. А если они так не могут – ну и скатертью дорожка.
Но Лоусон ведет себя как собака, которую бросили на обочине. Печально смотрит на бампер уезжающей машины.
– На хер их, – советую я. – Кого волнует вообще?
– Такими темпами, – бормочет он в горло фляжки, – никто из них на меня даже не поссыт, если я буду гореть.
– Тогда забудь и живи дальше. Какой смысл грузиться из-за людей, которые не имеют значения?
Пожав плечами, Лоусон опрокидывает фляжку в себя.
– Они были моими друзьями.
Блин, да какая разница. Его уныние меня утомляет. Еще немного рядом постою и сам пойду прыгать с крыши.
Заметив Милу и Оливера за столом с ребятами из Балларда, я отхожу к ним, подальше от нытья Лоусона. Обогнув танцпол по краю, я подхожу ближе. Мила ловит мой взгляд первая и вскидывает голову, чтобы подозвать к ним.
