Наверное, Мила всегда казалась мне довольно-таки привлекательной. Пусть Ами что угодно там себе думает, но пока мы были вместе, я особо ни на кого больше внимания не обращал. Тогда я бы даже и думать не стал о том, есть ли у меня шансы с Милой Уитлок. Но теперь мне можно все.
Когда она тихо вздыхает, я раздвигаю ее ноги коленом и запускаю руку ей под платье. Провожу пальцами до разгоряченной кожи на внутренней стороне бедра. Выше, к горячей, напряженной точке. Она прикусывает мою губу.
Пробравшись к ней в трусики, я проникаю в нее одним пальцем. Подушечкой большого нахожу место, от прикосновения к которому у нее дрожат ноги. Она такая мокрая.
– Что ты сделал с нашим Сайласом? – выдыхает она мне в губы.
Я не отвечаю, только прижимаюсь рукой сильнее и слышу, как воздух застревает у нее в горле.
Мила проводит зубами по моей шее.
– Что, представляешь, что я Слоан?
– А есть разница? – Добавив второй палец, я проталкиваю их глубже. – Ты представляешь, что я Эр Джей. Или Дюк. Или кто там еще у Слоан есть, кого нет у тебя.
Мила выгибается мне навстречу, тянет за пиджак, за рубашку. Просит больше.
Краем глаза вижу, как мимо дверного проема проходит Оливер. Пусть он нас и не видит, я особо не стараюсь остаться незамеченным, не замедляю движений. Но Мила чувствует, что что-то изменилось, и открывает глаза. В паре шагов от того уголка, где мы с ней стараемся не дышать слишком громко, Оливер спрашивает, не видел ли ее кто-нибудь.
Мила проводит языком по своей нижней губе. А потом начинает трахать мою руку, закинув ногу мне на бедро и вжавшись плечами в стену.
Ничего горячее в жизни не видел. Имею девчонку в нескольких метрах от ее парня, который даже ни о чем не подозревает.
Все-таки этот вечер был потрачен не зря.
С меня хватит. Хватит ужасной музыки и непрекращающегося гула голосов. Меня словно заперли в пчелином улье. Все равно все, кто мне хоть как-то нравился, ушли. Или, в случае с Сайласом, растворились в воздухе. Без понятия, куда он делся.
Так что с меня довольно. Полностью готов смотаться с этой конфетной вечеринки. Пропихиваясь сквозь толпу танцующих, болтливых препятствий, я пытаюсь не думать о событиях этого вечера. Например, о том, как демонстративно избегали меня Фенн и компания. Или о напряженном разговоре с Кейси в коридоре.
Или о том, что она поколебалась.
Не хочу думать об этом, не хочу искать в этом какой-то смысл. Ну конечно же, никакого смысла в этом нет. Вообще, небось, игра моего воображения.
Нет.
В чем угодно могу себя убедить, только не в этом.
Кейси помедлила, когда я спросил, были ли у нее ко мне чувства.
– Смотри, куда прешь, – возмущается кто-то, когда я врезаюсь в него по дороге у двери.
– Пардон, – тяну я.
Мы оба щуримся, узнав друг друга, и вот я уже смотрю в глаза Ами.
– Проехали, – бормочет она.
– Ами, – добродушно говорю я. – Хорошо выглядишь.
И это правда. Ее бронзовое платье подчеркивает вкрапления зеленого в ее светло-карих глазах. Во флуоресцентном освещении ее волосы кажутся почти рыжими. Она завила их, и они спадают ей на плечи волнами. Классно выглядит, так и хочется запустить в них пальцы…
Резко втягиваю воздух сквозь зубы.
– Ага, конечно, – саркастично говорит она, пытаясь пройти мимо. – Хорошего вечера, Лоусон.
– Это ты была? – вырывается у меня.
Ами останавливается и раздраженно смотрит на меня.
– Где была?
Открыв рот, я смотрю на ее простое веснушчатое лицо. Редкий случай, но у меня нет слов.
– Так, ну, я… – пытаюсь взять себя в руки и сообразить, как это вообще спросить. – Только не пойми меня неправильно, но, э… ты не отсасывала мне на выпускном?
Мертвая тишина.
Ами смотрит на меня, и уже у нее отвисает челюсть. Но ее глаза… Она быстро моргает, но мне кажется, что я успеваю заметить в них проблеск паники.
– Отвали, Лоусон.
Забросив каштановые волосы себе за плечо, она решительным шагом возвращается в зал.
Видимо, ошибся.
Отогнав от себя дурацкие мысли, я набираю в свой любимый сервис, заказать водителя. Вскоре я уже снова в Сэндовере, бреду по двору с бутылкой шампанского в одной руке и бутылкой джина в другой, потому что в комнате на меня слишком давили стены.
Не имея конкретной цели, я оказываюсь на футбольном поле, огромном открытом пространстве, где на трибунах сидят мои призраки и осуждающе смотрят на мои поникшие плечи. Выхожу на середину поля и оказываюсь по центру бескрайней тьмы. Никаких стен. Запрокинув голову, я вдыхаю звезды, а потом проигрываю гравитации и падаю в объятия мягкой, немного колючей травы.
Нет, ну вот чем я думал? Всего-то надо было – не лишать девственности любовь всей жизни моего друга.
Хуже всего то, что я же знал, что нельзя. Не имел никакого права все портить, пользоваться ее искренностью. Потому что мог остановиться. Мы и правда могли бы стать друзьями. Вот только я никогда не могу перестать быть чертовым разочарованием.
Слоан и раньше-то меня ненавидела, а теперь мне повезет, если по мою душу не пришлют наемного убийцу. Даже Сайлас и его демонстративный мученический комплекс не выдержали моей ничтожности. Даже его жалость я истощил.
Я чертов клоун.
