Когда-то везде, где ступала нога Дюка, за ним по пятам следовала свита. Теперь все изменилось. Свергнутый правитель Сэндовера выглядит одиноким в своей отставке.
– Смейся, смейся, клоун. – Обойдя стол, он прицеливается. – Твой приятель уже теряет власть над школой. Долго он эту гору не продержит.
– Забавно, как сильно тебя это волнует. Потому что его-то не волнует совсем.
Эр Джей сразился с Дюком за правление этим развратным королевством против собственной воли. Исключительно самосохранения ради. Но – не без чужого влияния – все немного вышло из-под контроля. Теперь Эр Джей неохотно принял звание и до сих пор борется с течением, пытаясь разрушить авторитарный строй, к которому мы все тут так привыкли. Главным образом он хочет, чтобы все оставили его в покое. А вот Дюк мечтает вернуть себе свой двор.
– Знаешь что, Лоусон. – Дюк забивает шар в лунку, потом еще один, сосредоточившись только на столе и геометрии следующего удара. – Я знаю, что ты сюда пришел нарваться на драку или типа того. Обычно я бы тебе с радостью помог, но сегодня я не в настроении. Хочешь, оставайся, следующая игра твоя. Не хочешь – проваливай.
При других обстоятельствах я мог бы поспорить, продолжил бы давить, пока не задел бы по больному. Но этим вечером и он какой-то скучный.
– С тобой не интересно, – говорю я. – Все вы, козлы, какие-то никакие сегодня.
Вручив ему свой кий, забегаю к себе в комнату за телефоном и курткой.
Ну хоть где-то в этом городе же должны водиться проблемы, на которые я со своими впечатляющими талантами смогу нарваться. Как и в большинство вечеров, я прошу водителя высадить меня на пороге задрипанного маленького бара в Калдене, который, слава господу, подает хоть какие-то признаки жизни.
Все знают, что это единственное место в радиусе ста километров, где несовершеннолетние могут существенно напиться, если подкинут щедрые чаевые правильному бармену. Вот и сегодня место битком набито пьяными привилегированными школьниками, похотливо разглядывающими друг друга. Кабинки туалета трясутся от поспешных перепихонов, пока я зависаю с качком-футболистом из Балларда с неописуемо длинными ресницами.
– А я тебя не знаю? – Он щурится на меня, словно в правильном освещении я стану более узнаваемым. – Выглядишь знакомо.
Совершенно без понятия, но это еще не значит, что мы не встречались.
– Можем пообщаться поближе, тогда память проснется.
Он выдавливает из себя мрачный смешок и уходит. Ох уж эти дети. Нежные. Шуток не понимают.
Несколько шотов текилы спустя я уже и не помню, как сюда попал и зачем пришел, только то, что даже выпивка требует больше усилий, чем того стоит. Каким-то образом попадаю за столик с группой громких телок из Святого Винсента, которые пахнут клюквенной водкой и лаком для волос. Они трещат о своих парнях и пытаются перепить соседку, так что сразу видно, как им яростно хочется изменить своим красавцам.
– Новая игра, – объявляет одна из них, и я не пойму, говорит она с нами или со своим телефоном. Ее накрашенные ресницы обрамляют глаза, подобно облакам, и она бьет ладонями по столу, чтобы привлечь к себе внимание. – Каждый по очереди отвечает на все вопросы, которые ему задают в течение шестидесяти секунд. Кто не отвечает – тот пьет шот.
– Да! – Еще одна колотит по столу. Ее хвостик развалился, и волосы свисают, словно она уснула над унитазом. – Шоты нам! – кричит она в сторону бара, и те магическим образом появляются на столе.
Пахнет дешевым бухлом, но я уверен, что бармен с них сдерет как за «Серого Гуся». А почему бы и нет?
– Ты первый. – Блондиночка подпирает подбородок кулаком и заглядывает в мои мутные глаза.
– Мой ответ «да», – заранее отвечаю я, не сдерживая улыбки.
– Ты же даже не знаешь, что я спрошу.
– А мне и не надо.
– Занимался сексом на публике?
– Да.
– А тройничок был?
– Был.
– Ты неправильные вопросы задаешь, – отчитывает ее подруга. – Секс лучше на трезвую голову или нет? – Она так впечатлена сама собой, что мне становится смешно.
– Всегда лучше выпить для начала. Только не перед походом.
В таком духе мы обходим весь стол по кругу, пока не появляется предложение целовать друг друга на слабо.
– А Кортни отлизал двоюродный брат, – объявляет одна из них, выпивая мою текилу, которую из моей руки выхватили так, словно меня тут вообще нет.
– Заткнись, Бет!
– А что? Правда же.
– Брат по браку! Он с другой стороны семьи, – визжит та, заливаясь краской. – И я тогда еще не знала, что он племянник Терри.
– Он заправляет картингом в Кейп-Коде, – хихикает Бет. Концепт физического труда ее явно забавляет. – Ее маман, считай, вышла за циркача.
– Боже, какая же ты сучка. Он парками аттракционов владеет или типа того.
Все идет коту под хвост, потому что двое из них начинают ругаться, а остальные вставать на ту или иную сторону. Пользуюсь этой возможностью, чтобы ускользнуть, пока сотрудники бара включают неприятное освещение и начинают выгонять всех чуть ли не веником.
Одна из девушек задерживается, пока я расплачиваюсь за свои напитки. Покачивая бедрами, она подплывает ко мне и улыбается чутка соблазнительно.
– Лоусон, так?
