Не помню, называл ли я им свои имя, но местные частные школы – одна сплошная деревня. Никому не сохранить анонимность.
– Я слышала, будет продолжение вечеринки, если тебе интересно, – говорит она, подходя еще ближе. – Можешь поехать с нами.
– Вы же из одиннадцатого, так? – спрашиваю я. Не то чтобы мне было какое-то дело, но не очень-то хочется быть единственным двенадцатиклассником[6] и чувствовать себя старым дедом посреди толпы девчонок из католической школы, пытающихся быть развратнее одна другой прямо за домом священника.
– Да, и что?
Надо отдать ей должное, «да, и что?» – это отличный ответ. Я бы даже сказал, это мой девиз. Наверное, только из-за ее уверенности я и говорю:
– Может быть, в другой раз.
– Хорошо. – Она заманчиво улыбается, сверкая идеально белыми зубками. А потом берет мой телефон со стойки и протягивает мне, разблокировать.
Я наблюдаю, как она звонит сама себе, добавляя мой номер себе в контакты. Люблю наглых девок. С ними весело.
– Энзли, – говорит она, хлопая ресницами. – Не забудь. Можем как-нибудь вместе попробовать что-нибудь из списка вещей, на которые ты еще не успел ответить «да».
А это мысль.
– Бишоп, какого черта это сейчас было? – рычит тренер с боковой, когда в понедельник я отправляю мяч в полет высоко над сеткой. – Голову на плечах поправь и целься нормально.
Вратарь пинком возвращает мяч в игру, и я пытаюсь идти в атаку, но на меня начинают сыпаться удары. Получив от Кенни локтем в шею, я падаю на четвереньки, пытаясь развернуться за ним. Краем глаза вижу, как тренер швыряет свою бутылку воды на трибуны.
Его можно понять. На сегодняшней тренировке я просто ужасен. Мы играем пять на пять, и я отстаю ото всех на два шага, как какой-то зеленый первоклассник. Обычно я один из самых крепких парней на поле, но сегодня меня швыряют направо и налево. Энергии нет.
– Бишоп!
Рявкнув мое имя, тренер подбегает устроить мне взбучку.
– Чтоб тебя, эй, сосредоточься на игре, – режет он, сверкая солнцезащитными очками. – Мне плевать, что за херня происходит в твоей черепушке, мне от тебя фокус нужен. А теперь иди и забей чертов мяч в сетку, а не то будешь до утра у меня пенальти отрабатывать.
Не то чтобы я не старался. Ему не понять, сколько сил требуется, чтобы соображать хотя бы наполовину. Честно говоря, с тех пор как Кейси перестала со мной разговаривать, я вообще ни на чем сосредоточиться не могу. Все выходные только и делал, что тонул в пучине отчаяния глубже и глубже, и сейчас я преодолел только половину скользкого склона по пути обратно. Каждый раз, как мысли возвращаются к ней, мои пальцы срываются, и я оказываюсь на заднице на самом дне. И пялюсь на крохотную точку света там, так высоко, что добраться до нее кажется чем-то невозможным.
Когда мы выстраиваемся для штрафного и мяч попадает мне ровно в лицо, я даже не чувствую, как встречаюсь с землей. Боль такая резкая и обжигающая, что я не могу открыть глаза. Свистит свисток, тренировка заканчивается. Тренер решает нас отпустить, пока ему не пришлось отскребать от поля мой труп.
– Чувак, – тихо говорит мне капитан команды. – Ты в порядке?
И так я понимаю, что действительно достиг дна. Даже Дюк, мать его, Джессап выражает искреннее беспокойство обо мне. Он идет за мной всю дорогу до боковых дверей в здание, весь насквозь мокрый от пота.
– В норме, – бормочу я, шаркая ногами по дороге к шкафчикам.
– Все брат твой виноват, – мрачно говорит Дюк.
Кошусь на него, лишь частично заинтересованный.
– Чего?
– Шоу. Стоило тому козлу появиться, как все наперекосяк пошло. Только не говори, что не заметил.
Устало смеюсь.
– Бро, Эр Джей у тебя честно выиграл. Смирись уже.
– Никогда, – клянется Дюк и проходит мимо меня к двери.
После душа я достаю из шкафчика телефон. Ноль новых сообщений. Знаю, что не надо, но ничто не может остановить мою потребность снова написать Кейси.
Смотрю на экран, бужу его обратно, когда он начинает тускнеть. Жду мигающих точек. Их не появляется, так что я одеваюсь и бросаю мокрую футболку в корзину для стирки. Когда я снова смотрю на экран, ее ответ бьет меня по лицу пощечиной.
Да, знаю. Примерно этого я и ожидал, хотя и не думал, что будет так грубо. И все равно не могу перестать надеяться, что в следующий раз застану ее в хорошем настроении.
Удача не улыбается мне и когда я возвращаюсь в комнату, потому что там на диване сидят Эр Джей со Слоан.
Чтоб меня. Лучше бы мне еще раз прилетело мячом в лицо.
– Хватит писать моей сестре, – срывается она на меня с порога.
– Прошу тебя. – Достаю из холодильника две холодные бутылки газировки и прижимаю к щекам. – Можешь написать свою речь на бумажке и оставить у меня на кровати? Башка раскалывается.
– По барабану вообще. – Она вскакивает на ноги, разъяренная и готовая к драке. – Кейси сказала тебе оставить ее в покое. Если сам ты этого сделать не можешь, будешь разбираться со мной.
