– Если вы всерьез хотите это услышать, то ладно, наслаждайтесь. В зеленой спальне отходят обои в углу, в щелях на подоконнике образовалась черная плесень. Сырость и экономия на отоплении ввиду отсутствия здесь проживающих плохо сказываются на самом доме. В комнате ниже такая же ситуация, а на веранде я заметила намек на плесень на стенах. На кухне что–то не то с вытяжкой, она не тянет, скорее наоборот. Да и втюхать дом за такую цену без забора – это верх наглости.
Риелтор несколько секунд хлопает глазами, я жду, как она начнет мне рассказывать, что я ничего не понимаю, тем более в заборах, но нет, я ошибаюсь.
– Мы можем сделать скидку, лично от агентства, и позвоним хозяйке, она живет в конце улицы, возможно, удастся еще скинуть.
– А давайте! – задорно соглашается Демид.
Я решаю промолчать, в конце концов, это его дела. Но каким–то образом они в итоге становятся и моими тоже.
– Прекрасно, на таких условиях мы берем. Рита, дай, пожалуйста, свой паспорт, – произносит Волчанский спустя еще почти часа общения с риелтором и хозяйкой дома. Бесконечное хождение туда–сюда и разговоры об одном и том же настолько меня утомили, что я вытаскиваю паспорт из своего рюкзачка, не задумываясь о том, что происходит. – Вот, на девушку оформляем, плачу я. Мы не в браке пока что, согласие от супруга не потребуется.
Моя рука на полпути к Волчанскому зависает, стоит мозгу обработать информацию.
– Ты сейчас серьезно? Глава 72
Все–таки считаю нужным уточнить.
– Серьезнее некуда, – отвечает он, – давай документ, отбирает у меня паспорт Волчанский.
Все жду, когда кто–нибудь крикнет: «Розыгрыш», или Демид заявит, что я теперь должна работать на него. Ведь так и поступают, когда против воли забирают паспорт, да?
Но нет, никакого розыгрыша, скрытой камеры и тем более криминала до сих пор не наблюдается. А наблюдается лишь предварительный договор купли–продажи и риелтор, которая обещает скинуть на почту готовые документы поздно вечером или максимум к завтрашнему утру.
– Ознакомьтесь, пожалуйста, может быть, вас что–то не устраивает, сразу обсудим и внесем поправки, – говорит она.
На секунду теряюсь, не сразу понимая, что читать предлагается мне.
– Я помогу, – рука Демида уже тянется к моему экземпляру документа, но я отмираю и не даю листки.
– Не нужно, я сама прочту, но ты тоже можешь, раз платишь, – широко ухмыляюсь. – Без ипотеки, надеюсь?
– У вас ипотека? Тогда надо по–другому действовать, – тут же активируется риелтор, вновь влезая в наш разговор.
– Нет никакой ипотеки, я готов оплатить сразу. Отец сделал мне шикарный подарок.
Учитывая утренние новости, я совсем не понимаю, какой подарок может быть от старшего Волчанского, что именно имеет ввиду Демид под этим, но решаю не заморачиваться. Пусть сам разбирается.
Может быть, и вовсе нет никакого подарка, может быть, он так сказал, чтобы меньше шокировать общественность своей готовностью приобрести недвижимость без ипотеки, не знаю. Я четко знаю только одно, ни в какой договор купли–продажи не всунуть обещание «поделиться» детьми. Значит, я ничем не рискую. Хочется Волчанскому играть в щедрого благодетеля, и пусть. Будет ему уроком, если он рассчитывал на то, что я благородно откажусь.
– Идемте? – обращается Демид к моим родителям, мы вышли на улицу. – Сегодня нам здесь делать нечего, завтра поедем к нотариусу, через него сделки надежнее, и право собственности зарегистрируют быстрее. Только с детьми там делать нечего, тогда, быть может, вы посидите с Антошкой и Сашей? Не затруднит вас?
«Волчанский вместо меня договаривается с моими родителями. Черт, да он и впрямь берет меня в оборот, причем действует решительнее и взрослее, нежели когда мы с ним сошлись», – осеняет меня.
– Нет, что ты, сынок, как нас может такое затруднить? Главное, вы делайте свои дела аккуратно, чтобы без мошенничества, проверяйте все–все до последней буквы! – отвечает моя мама.
– Галя, дети умные, к тому же ты слышала, к нотариусу они идут, естественно, все будет проверено–перепроверено! – вступает в диалог папа.
– А нотариус по–твоему не может оказаться мошенником? Ты мне такие вещи рассказываешь! – мама раздраженно качает головой.
– Как раз нет, он отвечает своим местом за то, чтобы все было в порядке. И он на стороне покупателя, если ты не знала, – чуть снисходительно отвечает отец, – если, конечно, с ним предварительно не договорился продавец. Но эта проблема разрешима, надо самим найти нотариуса, не доверять советам продавца.
– Да какой же ты умный взялся на мою голову!
У мамы больше нет словесных аргументов, лишь эмоциональные. Я привыкла, папа вроде тоже привык, но Демиду нечего наблюдать нашу семейную изнанку.
– Мамуль, все хорошо, спасибо за беспокойство, – тороплюсь прервать назревающий скандал.
– Видишь, ребенок благодарит меня за заботу. Это нормально, заботиться о них.
– Совершенно согласен, Галочка.