— Тебе больше всех надо? — процедил Кир. — Это моя жена. Я разговариваю с ней, так как она заслуживает.
— Я другого мнения. — дёрнул губой мужчина, показывая оскал. — Возвращайтесь в офис, Маргарита Романовна, вы замёрзли.
— Иди в мою машину, Рита. — рыкнул Кир в противовес словам оппонента. — Сейчас же! Мы с тобой недоговорили.
Бочком, бочком, я проскользнула мимо крепыша. Встретилась с ним взглядом и опустила голову. Он видел мой синяк! Утром. Когда я открыла ему дверь сонная и не накрашенная.
— Спасибо. — прошептала ему одними губами и, не дожидаясь ответа, быстро взбежала на ступеньки крыльца.
— Маргарита! — проревел за спиной мух, и я обернулась уже в открытой двери.
Кир пытался обойти моего защитника, но тот, хоть и был на полголовы ниже моего мужа, стоял на его пути непреодолимым препятствием. Он даже руки из карманов не вытащил, но Киру никак не удавалось его оттолкнуть с дороги.
Быстро поднялась по лестнице на свой этаж, залетела в офис и закрыла за собой дверь на ключ.
Катя оторвалась от своего компьютера и удивлённо уставилась на меня.
— Что-то не так, Маргарита Романовна? С машиной?
— Кирилл здесь… мать его Николаевич. — выпалила я и побежала к окну в своём кабинете. Оно выходило на парковку, и я прилипла к стеклу, пытаясь рассмотреть, что там происходит.
Она была безлюдной, и машины Кира тоже не было. Крепыш прогнал?
— Катюш. — обернулась я к помощнице, стоящей в дверях и смотрящей на мои козьи скачки по офису в глубоком изумлении. — Ты не знаешь, как зовут того мужчину, что принёс документы и ключи от машины. Он не представился?
— Владимир. — залилась вдруг румянцем Катя. — Он пригласил меня на кофе сегодня после работы.
— Оу! — выдохнула я. — Обязательно сходи, Кать. Можешь даже пораньше сегодня уйти.
Владимир, значит. Ну спасибо Владимиру. Очень вовремя он появился. И глазастый какой! И синяк мой приметил, который почти сошёл, и мою красавицу Катю.
— Да? — смущённо заулыбалась помощница. — Спасибо, Маргарита Романовна.
"Возьми трубку, Рита!" — засветилось на экране телефона прилетевшее от Кира сообщение.
И следом второе, заставившее сердце дёрнутся в панике.
"Ответь сейчас же! У Дашки проблемы!"
— Что случилось? — выпалила в трубку, как только Кир ответил.
— Приезжай домой — узнаешь. Я не собираюсь обсуждать с тобой проблемы нашей дочери по телефону. — резко отбрил Кир. — Я пытался сегодня с тобой встретиться и поговорить, но ты не идёшь на контакт, Маргарита.
— На контакт — это когда ты меня с первого слова оскорблять начал?
— А разве в моих словах была хоть капля неправды? — с ядовитой иронией выплюнул ир.
— От первого слова до последнего. Уж не знаю, с кем ты меня сравниваешь, Кир, с собой или со своей бывшей, но всё, что ты обо мне сказал, всё неправда. Я не такая, как ты. И уж точно не такая, как Ольга.
— Я не такая, я жду трамвая. — зло передразнил муж. — Я получил оповещение, что ты подала на развод, и в тот же день увидел фотографию, на которой ты уже запрыгнула на руки другому мужику. Что я должен подумать, Рита?
— Так что с Дашей? — перебила я мужа.
Объяснять, что мне стало плохо, потому что я беременна? Эту информацию я хотела поберечь до того момента, когда нас разведут. Для неё ещё не время. Осложнений при разводе мне не нужно.
— Я сказал, приезжай. Дома поговорим. — отрезал Кир и отключился, а я набрала Дашу.
— Алло, мам. Как дела? — безмятежно пропела в трубку дочь, и я облегчённо выдохнула.
— Нормально, Даш. Ты как? Мне отец звонил, сказал, что у тебя проблемы.
Дочка тихонько засмеялась.
— Это у него со мной проблемы, мам. У меня проблем нет.
Ну что-то подобное я и предполагала.
— Как в школе дела?
— Всё нормально, мам. Я же обещала. — серьёзно подтвердила Даша.
— Я сегодня еду смотреть квартиру. Хочешь со мной? — осторожно предложила я. — Может, тебе понравится и ты передумаешь и переедешь ко мне?
— Нет, мам, я здесь останусь. Я не дам отцу расслабиться. — уверенно отказалась дочь.
— Даш, это не твоя война, дочь. Тебе не нужно бороться с отцом.
— Не с отцом, мам, а за него. Никаких других женщин у него не будет! Я уверена, что вы помиритесь. Папа… он ведь страдает, мам. Я же вижу. Он злится и переживает. Бродит по дому по ночам, как привидение. Не спит. Вчера вообще в гостиной на диване ночевал. Плохо ему без тебя.
Я слушала дочь и кусала губы. Я не могла вернуться. Я не хотела возвращаться. Меня не устраивал тот монстр, который пробудился в моём муже через столько лет нашей семейной жизни. Тот, что ломал меня, прогибал, оскорблял. Тот, что строил козни за моей спиной, подговаривал друзей и партнёров не приходить на благотворительный вечер моего фонда, не сотрудничать со мной. Тот, что унижал меня, притащив свою любовницу в наш дом, в открытую приведя её на всеобщее обозрение. Тот, что поднял руку на меня.
— Дочь. Дашуль. Я на развод подала. Я не вернусь к твоему отцу. — вздохнула я. — Есть вещи, которые невозможно простить или забыть.