— В чём изменилась? Как изменилась? — ступор стал отпускать и меня мелко затрясло. Пришлось обхватить себя руками, чтобы не было так заметно бьющую меня дрожь.
— Во всём, Маргарита. — Кир одним большим глотком допил содержимое своего стакана и с громким стуком поставил его на стол. — Во всём!
— Ты бы мог поговорить со мной. — я облизала солённые от слёз губы. — Вместо этого ты запрыгнул на свою бывшую. Как ты сказал? Вовремя подвернулась?
Меня вдруг осенило. Да так резко, что подкосились ноги и пришлось опереться поясницей в подоконник.
— Давно, Кир?
— Что? — муж поднял лежащую вниз лицом фоторамку с нашей фотографией и поставил её на прежнее место на своём столе.
— Давно ты изменяешь мне с ней? Давно это у вас? А может, это и не прекращалось? Кир? Ты часто летаешь в Москву по делам. Вы встречались все это время?
— Конечно, встречались. Не каждый раз, но я старался не упускать возможности увидеться с сыном.
— И с драной кошкой.
— Ольга его мать, поэтому да. И с ней тоже. — согласно кивнул, а меня накрыла непроглядная тьма. Проглотила, сдавила, выжимая последние крохи жизни.
— За что? За что ты так ненавидишь меня, Кир? За что ты так со мной? — от боли я дышала через раз, выдавливала из себя слова через раз.
— Ну что за глупости, милая. Я люблю тебя. — одним рывком обогнул стол, встал так близко, что я практически уткнулась носом в его грудь под распахнутой рубашкой, в алеющую царапину.
От него несло чужими женскими духами, такими тяжёлыми и душными, что меня повело. К горлу подкатил ком тошноты и я, собрав остатки сил, толкнула мужа в грудь.
— Ты весь провонял ею. — с трудом проглотила тяжёлую слюну, собравшуюся во рту. — Отойди. Меня сейчас стошнит от тебя.
— Вот видишь, тебя уже и тошнит от меня. Наверное, поэтому каждый раз ты с такой неохотой соглашаешься на нашу близость?
Это была чистой воды манипуляция, попытка заставить меня оправдываться. Вот только мне не в чем было себя винить. Я любила Кира, я никогда не отказывала ему в близости, наоборот, я чаще, чем он, проявляла инициативу. Я соблазняла его, я покупала красивое бельё, я устраивала сексуальные игры. Я всегда хотела его!
— Ты сейчас кем больше недоволен? Собой или мной? — задержав дыхание, я попыталась пробиться мимо мужа к выходу, но Кир не пропустил. Вжал меня в подоконник.
— Тобой. Я уже давно недоволен тобой. Я брал в жёны совсем другую Риту. Мягонькую, домашнюю Риточку. Улыбчивую, спокойную, рассудительную. И что в итоге? — дышал на меня смесью виски и кошачьих духов муж.
— Что?
Попыталась отвернуться, но Кир схватил меня за подбородок, сдавил его пальцами, не позволяя отстраниться.
— В итоге ты даже моих гостей принять отказалась. Про нормальную еду в доме я вообще молчу. Про свободное время для меня и дочери, которого у тебя нет. Дом стал как склеп заброшенный. Ни запахов еды, ни твоего щебетания. Ты вечно уставшая, замотанная своей работой, фондом этим дурацким. Худющая, холодная стерва, а не моя Рита.
— И поэтому ты завел любовницу и притащил её в наш дом?
— А в чем проблема? Я не стал тебя насильно удерживать, когда ты капризы свои показывала. Отпустил. Ольга прекрасно справилась с твоей ролью хозяйки. Стол накрыла, сервировала его празднично, ужин подала. Даже посуду помыла.
— Заменила меня во всем? — махнула я рукой на стол. — И как? Тебе понравилось? Изменять мне в нашем доме понравилось?
Кир недовольно поморщился, словно услышал что-то неприятное.
— Да, в доме это было лишним. Не стоило.
Шок накрыл тяжелым, душным одеялом. Только на секунду, пока я неверяще смотрела на досадливо морщившегося Кир. Секунду, и я забилась, заметалась в душном пространстве между мужем и подоконником.
— Пусти! Пусти меня! — пихала в плечи, в грудь, стоящего на моём пути мужа. — Я хочу уйти!
— Угомонись! — рявкнул и с силой тряхнул меня. — Успокойся! Куда ты собралась?
— Куда-нибудь. — задыхалась я. — Куда угодно, только подальше отсюда.
Мне проще было себе руки, за которые он удерживал меня, переломать, вывернуть их из суставов, только бы не оставаться с рядом с мужем. Не дышать одним воздухом с ним. Его запахом, духами этими мерзкими.
— Сволочь, какая же ты сволочь, Кир! Предатель. Отпусти меня! Не смей ко мне прикасаться! — перешла я на визг. — Всё, всё предал. Все шестнадцать лет. Меня предал. Дочь. Мою любовь к тебе!
— Хватит орать! — тяжелая пощёчина заставила застыть в глубоком шоке. Я медленно поднесла ладонь к горящей щеке.
— Ты… Ты меня ударил? — даже пылающая щека не помогала поверить в то, что сейчас произошло.
— Прости. — отступил на шаг, в синих глазах промелькнула вина, но Кир быстро взял себя в руки и досадливо поморщился. — Зато ты заткнулась. Дашку хочешь разбудить? Прекрати истерику.
Я прошла мимо, толкнув мужа плечом. Открыла дверь и стремительно понеслась в прихожую.
— Ну и куда ты? Куда собралась? — ни на шаг не отставал от меня муж. — Маргарита!
— В офис, в гостиницу, куда угодно. Я не останусь рядом с тобой ни на минуту.
Быстрее, чем сейчас я, одевались и обувались, наверное, только солдаты по тревоге.