Осматриваю спальню. Телефона нигде не видно. И какой телефон?! Наверняка моя сумочка осталась у Егора. Выскакиваю из комнаты. Дома тихо. Хмурюсь. А где свекровь?! Встречаться с Тамарой Алексеевной нет ни сил, ни желания. Я не выдержу ее нравоучений. Залетаю на кухню. Никого. Обшариваю глазами помещение. На столе замечаю лист бумаги. Сдвигаю брови к переносице еще сильнее. Шагаю к столу.
Сердце делает кульбит, когда вижу ровный аккуратный почерк Дениса.
Желудок скручивается в трубочку от сухости записки. Но Денис прав, лишнее волнение мне ни к чему. Да на него и нет сил. Кладу лист, сразу шлепаю за сумочкой. Она лежит на пуфике. Шарю в ней. Паспорт, ключи, телефон. Выуживаю его, отбрасывая более не нужную вещь обратно на сиденье. Гаджет ожидаемо выглючен. Снова бегу в спальню. Ставлю на зарядку. Не успевает экран зажечься, как я звоню маме.
— Солнышко, — тут же слышится в трубке. — Ты как? Денис звонил, сказал, ты сильно заболела.
Облегчение волнами проносится по телу. Я даже не подумала, что скажу маме. Волнение о ней отодвинуло все мысли на второй план.
— Уже лучше, — даже ничего не нужно изображать. Мой голос и так хрипит ото сна и пережитой истерики.
— Аврора, ну как же ты так? — мама тревожно вздыхает.
— Прости, — слезы скапливаются в глазах. — Я, наверное, приеду чуть позже, — поджимаю губы, чтобы предательский не всхлипнуть. — Ты сама там как?
— Милая, даже не думай ехать! — мама слегка вскрикивает. Улыбаюсь ее эмоциям. — Я лучше, сдала все анализы. Теперь ждем. Врачи молчат, но я креплюсь. Благо, твой папа не дает унывать.
Тепло разливается в груди. Папа настолько сильно любит маму, что никогда не даст ей отчаяться. Как же здорово, что они есть друг у друга.
— Мамочка, я люблю тебя! — выдавливаю слова, которые, кажется, говорила очень редко.
— Ну что там с тобой, Рора? — мама шуршит трубкой. — Что случилось?
— Все хорошо, — закрываю динамик рукой, все-таки шмыгаю носом. — Я просто немного не ожидала, что заболею. Теперь все планы насмарку, — выдавливаю улыбку. Хотя мама ее не видит, но надеюсь, услышит.
— Ничего страшного. Приедешь на следующей неделе, — мягкий голос мамы успокаивает. — Давай не раскисай. Денис за тебя очень волнуется. И я тоже. Помни, мы все рядом.
— Ага, — киваю, сдерживая эмоции. Складываю ладонь в кулак, подношу его к губам. — Я тоже… рядом.
— Вот и умничка. Моя сильная девочка, люблю тебя.
Мама сбрасывает вызов. А я оседаю на пол. Прячу лицо в согнутых коленях. Обнимаю себя руками. Из-за одного козла вся моя и без того шаткая жизнь полетела в пропасть.
Не знаю, сколько так сижу. Очередной звонок заставляет вздрогнуть. Поднимаю голову. Имя мужа высвечивается на дисплее. Закусываю губу. Всерьез раздумываю, поднимать ли трубку. Готова ли я говорить с Денисом? Мне страшно услышать холод в его голосе. По факту, он единственный близкий человек, который сейчас возле меня. И я нуждаюсь в его поддержке.
Жму на зеленую трубочку.
— Алло, — отвечаю тихо, готовясь к чему угодно.
— Ты там как? — голос Дениса звучит ровно, но что-то в нем выдает волнение… заботу. Или мне кажется?
На заднем плане слышны голоса и какой-то шум.
— Встала, — поднимаюсь с пола, направляюсь обратно на кухню.
Мне нужен кофе.
— Я не об этом, — представляю, как муж прикрывает глаза. — Все хорошо?
— Да, — подхожу к кофемашине. Нажимаю кнопку включения. Громкое тарахтение заглушает остальные звуки. — Спасибо, что сказал маме о «моей болезни».
— Не за что, — усмехается Денис. — Вряд ли она обрадовалась бы правде, — а это звучит с привкусом горечи.
— Куда ты уехал? — закусываю губу.
Только сейчас понимаю, что не хочу быть одна. Мне нужен кто-то рядом. А еще мне нужно объяснить Денису, что между нами с Егором ничего не было. Почему-то важно, чтобы он это понял и принял. Измена мужа уходит на второй план. Кажется, я смирилась с тем, что нам больше не быть вместе. Но все равно, хочу выйти из это истории незапятнанной.
— Я в участке, — вздыхает Денис. — Боюсь, пробуду здесь весь день.
Грусть сдавливает грудь. Хочется, чтобы муж как можно быстрее оказался дома. Не могу больше быть в одиночестве.
— Хорошо, — стараюсь звучать спокойно.
— Рыжа, ты же побудешь одна? — муж словно читает мои мысли.
Слышу, как грубый мужской голос зовет Дениса.
— Иду, — громко отзывается он. — Мне пора. Но вечером мы с тобой поговорим. Нам нужно это сделать.
— Хорошо, — выдавливаю, а самой не вдохнуть.
