Полковник Милевский был едва ли не лучшим специалистом в России по комплексной противоракетной обороне. Но, будучи страстным любителем женщин и хмельных кутежей, что требовало больших денег, он однажды начал продавать секретные военные материалы специалистам из США. Вскоре Милевский был изобличен, но успел покинуть Россию и избежать наказания. Сотрудникам Службы внешней разведки удалось выяснить, что бывший полковник в настоящее время вкушает все прелести жизни на круизном лайнере «Атланта». Решено захватить предателя прямо на судне. Операцию поручили группе лучших боевых пловцов Балтийского флота под командованием капитан-лейтенанта Виталия Саблина по прозвищу Боцман.
Расхожая фраза «А куда нам с подводной лодки-то деться?!» не совсем соответствует действительности. С любой субмарины, погруженной на некритическую глубину, почти всегда можно выбраться. И один из таких способов – носовой торпедный отсек, обычно именуемый БЧ-1.
Торпедный отсек – самое тесное и неуютное место на всей подлодке. Бесконечные вентили, манометры, клапаны и паропроводы, влажные от конденсата переборки, тусклое желтое электричество, едкий запах машинного масла… Однако в случае серьезной аварии вся надежда – только на торпедные аппараты БЧ-1, посредством которых и эвакуируется экипаж.
Впрочем, не только экипаж и не только в случае аварии. Еще во времена Второй мировой именно через торпедные аппараты боевые пловцы, отправляясь на задания, покидали субмарины.
…Высокий моряк с массивной квадратной челюстью и пронзительным взглядом серых глаз выразительно взглянул на хронометр, висящий на груди, и кивнул в сторону заслонок спаренного торпедного аппарата:
– Первая пара – пошла! Вторая на подходе, третья готовится…
Двое боевых пловцов в гидрокостюмах и ластах послушно улеглись на огромный лафет торпедно-загрузочного устройства. Щелкнул металл, и первая пара синхронно скрылась в торпедной трубе. Рукоять загрузочного механизма исчезла в огромном кулаке моряка с секундомером на шее. Задраив внутренние заслонки, он нажал на рычаг. Двойной выстрел отозвался по всему отсеку легкой акустической вибрацией.
– Вторая пара – пошла! Третья на подходе, четвертая готовится! – бесстрастно скомандовал командир.
Вскоре все четыре пары боевых пловцов успешно десантировались наружу через трубы торпедного аппарата. А еще через полтора часа моряки выстроились на пирсе, ожидая разбора учений.
Над Балтикой проползали низкие тучи. Вечерний ветер развевал Андреевский стяг на высоком флагштоке. Волны дробили змейками отражение фонарей. Сероглазый командир, одетый в форму капитан-лейтенанта ВМФ, неторопливо прохаживался вдоль шеренги.
– Вы все – покойники, – угрюмо цедил он. – И ваше счастье, товарищи курсанты, что у нас только учебное задание, а не боевая обстановка. Что следует делать сразу после того, как мобильная боевая группа покидает подлодку через торпедный отсек? Немедленно плыть в разные стороны, и при этом – на разную глубину. И держаться разных уровней. Вы же скопились у самого носа подлодки, словно сельди на нересте. Запомните раз и навсегда: подобное скопление боевых пловцов – идеальная мишень для противника. Достаточно несильного подводного взрыва, чтобы вас тут же оглушило и почти мгновенно выбросило на поверхность. А там – кессонная болезнь и в лучшем случае ампутация конечностей… или мучительная смерть.
Виталий Саблин, капитан-лейтенант спецназа Балтфлота, был абсолютно прав: тактика боевых пловцов сильно отличается от той, которая принята у их сухопутных коллег. Главный принцип тут – неожиданно для противника появиться из-под воды, очень быстро выполнить боевое задание и тут же скрыться. Для этого вовсе не обязательно появляться на суше в одном месте и к тому же синхронно. Да и враждебные прибрежные воды могут таить множество неприятных сюрпризов: противоторпедные сети, якорные мины, множество других ловушек, принуждающих к неожиданному всплытию. А ведь человек, быстро всплывающий даже с не очень большой глубины, рискует многим. При безостановочном подъеме боевому пловцу гарантирован некроз тканей – ведь от быстрого перепада давления в крови закипает азот, закупоривая сосуды. В конечностях начинается застой крови, кислород сгорает мгновенно, а на его месте накапливаются продукты распада: углекислый газ и молочная кислота. Почки не фильтруют, легкие не вентилируют, и в теле начинает очень быстро вырабатываться трупный яд. Он почти мгновенно отравляет мозг, сердце, печень и сосуды, и смерть запускает стремительный механизм, который никто уже не в силах остановить. Поэтому даже при аварийном всплытии с обреченных субмарин моряки никогда не надевают спасательные жилеты, чтобы человека мгновенно не вытолкнуло на поверхность. Даже опытные боевые пловцы после глубоководных погружений – и то по нескольку часов восстанавливаются в барокамерах.
– Вопросы есть? – Саблин вопросительным взглядом обвел строй моряков.
– Так точно, товарищ капитан-лейтенант! – Молодой голос невысокого рыжеволосого курсанта немного разрядил гнетущую обстановку. – Старший лейтенант Звонарев. Разрешите обратиться?
– Обращайтесь, – прищурился каплей.
– Как же нам держаться разной глубины, если мгновенное всплытие невозможно?
