Я разбила цветочный горшок, на котором сидела.
Я разбила этот гребаный цветочный горшок.
Я зажмурила глаза и долгое время оставалась неподвижной, как статуя.
У них были медведи и горные львы?
Конечно, черт возьми, были, и теперь меня собираются номинировать в одного из них. К черту это. Беги. Беги. Тащись к дому.
Опустившись на руки и колени, я как можно тише поползла по грязи и листьям к дому, топча клумбу с петуниями в попытке выжить. Я добралась до задней двери и нащупала дверную ручку. Ее, черт возьми, там не было.
Куда, черт возьми, она подевалась?
Черт побери, я могла бы дать себе пинка под зад за то, что уронила фонарик в попытке спастись.
— Любопытство погубило котенка, — услышала я голос и могла бы прослезиться.
На мою голову упал свет, и я стыдливо спрятала лицо. Это был не медведь и не лев.
****
— Ноа, — тяжело вздохнула я. — Я просто... — Я ломала голову, пытаясь придумать достаточно хорошую ложь, чтобы объяснить, почему я оказалась на улице в темноте, на руках и коленях и вся в компосте.
— Ты просто подслушивала личный разговор, — предложил Ноа, его глаза потемнели, а брови нахмурились.
— Что ты... Где ты... — Я подняла голову и уставилась на него. — Ты снова вторгся на личную территорию.
Ладно, это не то, что нужно было сказать.
Ноа стиснул челюсти, и я почувствовала, как меня пронзает страх.
— Вставай, — прорычал он.
— Нет. — Я покачала головой. — Спасибо, мне и так хорошо.
Он раздраженно вздохнул.
— На улице жуткий холод. И никого нет, — проворчал он, указывая фонариком на небо. — А ты, гений, судя по всему, заперлась. — Я не запиралась, — сказал я, защищаясь. — Я просто плохо вижу в темноте, вот и все. Я не могу найти ручку. Если ты посветишь фонариком на дверь, я мигом уберусь с твоего пути. — Невозможно увидеть то, чего там нет, — проворчал он. — Эта дверь? — Он приподнял брови. — Ее можно открыть только ключом.
Я сердито посмотрела на дверь.
— Ты циничная сука...
— Тебе нравится разговаривать с деревом, не так ли, Торн? — он задумался.
— О да, — огрызнулась я, поднимаясь на ноги. — Не могу дождаться, когда смогу поговорить с лесом, окружающим твой труп.
— Мило, — усмехнулся он. — Но тебе придется немного подождать.
— На твоем месте я бы не была так уверена, — выплюнула я.
— И почему же? — спросил он странно любопытным тоном.
— Хм, посмотрим. — Я сделала вид, что перебираю причины пальцами. — Ты жестоко дерешься, постоянно куришь, чрезмерно пьешь — более чем вероятно, что употребляешь запрещенные вещества — и определенно спишь с кем попало. — Я оглядела его с ног до головы с выражением чистого отвращения. — Девушки из группы поддержки многое говорят, Ноа. — Они не говорили — по крайней мере, мне, но это было обоснованное предположение. — Я дам тебе тридцать пять лет пока этот мерзкий характер возьмет верх. — Спасибо за нездоровый контрольный список, — резко сказал Ноа.
— Я собирался помочь тебе, но, учитывая, что ты все еще осуждающая сука, ты можешь помочь себе сама.
Ноа повернулся, чтобы уйти, и внезапный прилив страха затопил меня.
— Подожди. — я схватила его за локоть. — Ты собираешься оставить меня здесь? — Я глубоко сглотнула. — Одну?
— Ты выживешь, — насмешливо сказал он, вырываясь из моей хватки. — Такая сильная девушка, как ты, — насмехался он. — Если тебе станет одиноко, ты можешь поговорить с деревьями. И берегись медведей, — злобно добавил он.
— Подожди... Ноа, пожалуйста, подожди. — Я помчалась за ним, вцепившись в спину его футболки смертельной хваткой. Он сжалился надо мной и перестал идти, в результате чего я врезалась в его спину. Я пошатнулась назад, пытаясь восстановить равновесие.
К моему удивлению, Ноа протянул руку и поймал меня, и когда я почувствовала, как его рука накрыла мою, мой пульс заколотился так сильно, что я была почти уверена, что он это почувствовал. Немезида или нет, но Ноа Мессина был единственным, кто стоял между мной и кромешной тьмой. — Пожалуйста, не оставляй меня одну.
— Ты чертова заноза в моем боку, — сказал он мне, но не отпустил мою руку. Вместо этого он держал меня за руку, пока шел. От ощущения его руки, накрывающей мою, мой желудок скрутило и перевернуло.
— Отпусти на секунду, — приказал Ноа, когда мы дошли до конца сада.
— Ни за что. — я вцепилась в его руку обеими руками. Зная, сколько дурной крови было между нами, он мог исчезнуть и оставить меня здесь одну.
— Тиган, отпусти, — повторил он с явным раздражением. — Я помогу тебе перебраться, но сначала мне нужно перепрыгнуть стену. — Я не могу, — прошипела я. Это было правдой. Мои руки были прикованы к его рукам в страхе. — Пожалуйста... Ноа зарычал и пробормотал какое—то ругательство, прежде чем пригнуться.