— Я всё ещё не освоилась с боковыми маневровыми, — ответила Сайэл. Она изо всех сил постаралась сдержать хныкливые нотки, чуть было не проскользнувшие в её голосе, хотя похныкать – это было именно то, чего ей хотелось больше всего. – Это не было похоже на высокоскоростное уклонение.
— Пожалуй, — согласился инструктор. – Но ты неплохо справлялась. Добилась, чтобы я промахнулся. Зан?
Салластанец призадумался.
— Турель правого борта заедает, — заметил он. – Если так пойдёт и дальше, нам что–нибудь отстрелят.
— Хорошо, доложите об этом главному механику.
Рот у салластанца недовольно скривился.
— Хотелось бы знать – вдруг на других «Алефах» тоже заедают турели. Если так, то это плохой знак.
— Я проверю. Итак, этот вылет завершён. Заводите машину на посадку.
Крестокрыл резко ушёл в сторону, к Тралусу и кораблям на его орбите, среди которых был и «Синий ныряльщик» – новый дом Сайэл.
Сайэл ревниво проследила за изящным манёвром лёгкого истребителя. Потом начала медленно разворачиваться, чтобы последовать за ним. Её «Алеф» мог развивать невероятную скорость в атмосфере – сравнимую со скоростью перехватчика ЭТА–5, но был настолько тяжеловеснее привычных ей машин, что простейший маневр разворота занимал гораздо больше времени. Маневренность боковых двигателей, с помощью которых она уклонялась от огня, не шла ни в какое сравнение с присущей другим истребителям юркостью. Она переключила бортовой коммуникатор на приём и проговорила:
— Я по–прежнему его ненавижу.
— Я тоже, — энергично закивал Зуэб, отчего мясистые складки его лица заколыхались.
— Всё равно что летать на грузовом спидере. Довелось мне и это попробовать.
— На Кореллии?
Сайэл кивнула.
— Была одна работа. Я хотела накопить кредитов на обучение.
— Твой отец – известный генерал в отставке, а ты копила на обучение?
— Не совсем так. На каждый кредит, положенный мною в целевой фонд, он добавлял четыре своих. Но первый я должна была заработать сама. Это по–антиллесовски: мы лёгких путей не ищем, — выйдя наперерез траектории «Синего ныряльщика», она переключила управление на жёлто–чёрного астромеха Р2, который расположился за спинами пилота и стрелка. – Спасибо, кстати.
— За что?
— За то, что не драматизируешь моё кореллианское происхождение. Или моё происхождение из семьи известного генерала.
Зуэб только отмахнулся.
— Я сужу с долгосрочной перспективы. Это не ты кореллианка – дочь известного генерала. Это он – отец знаменитого пилота–испытателя нашего Твика. Надо только дождаться.
Сайэл усмехнулась.
— Нравится мне твоё отношение.
Пилот–испытатель. Отец тоже занимался чем–то подобным на протяжении многих лет, но вряд ли ему попадались корабли, похожие на «Алефы». По сравнению с крестокрылами, столь любимыми отцом, «Алефы» были просто летающими танками. Бронированные двухместные машины с надстроенными генераторами, «Алефы» были сконструированы более десяти лет назад, на исходе войны с юужан–вонгами, один–в–один с юужан–вонгскими кораллами–прыгунами – тяжёлыми одноместными кораблями, защищёнными толстым панцирем и подвижными сингулярностями, которые возникали перед импульсами лазеров и ракетами и полностью поглощали их.
«Алефы» столь запредельной защитой оснащены не были. Они довольствовались толстой бронёй и щитами, развёртываемыми теми самыми надстроенными генераторами. Бортовое вооружение было представлено двумя счетверёнными лазерными пушками, расположенными симметрично по разные стороны округлой кабины, причём спаренная стрельба могла быть отключена, создавая непредсказуемый разлёт импульсов – как способ обхода пустот кораллов–прыгунов. Также на фюзеляже имелись пусковые трубчатые направляющие, по одной для ударных ракет и для протонных торпед. В общем и целом, «Алефы» отличались ударной тяжестью – «тяжёлый» было самым ходовым словом для обозначения большинства функций корабля.
Но – и тут Сайэл содрогнулась – надо же было придать кораблю донельзя нелепый облик. С этой круглой кабиной, напоминающей увеличенную кабину СИД–истребителя, с круглыми транспаристальными иллюминаторами, расположенными перед пилотом и стрелком, с двумя вытянутыми гондолами реактивных двигателей, сужавшимися к концам; и с этими своими пушками по бокам, «Алеф» больше всего походил на гигантскую голову тви’лекка, вытянувшего назад лекку и нацепившего громоздкие наушники. Неудивительно, что испытатели «Алефов», да и все прочие, кто видел эти корабли, обзывали их «Твиками».
Тем не менее, пилотировать такой корабль было всё–таки лучше, чем мусоровозы, спасательные шаттлы или буксиры.
Пилот–испытатель. Сайэл призадумалась. Как бы сильно она ни невзлюбила Твика за эти несколько дней, одно было ясно – не показать корабль с лучшей стороны экспертам из Галактического Альянса просто нечестно по отношению к истребителям такого класса. Кроме того, это нечестно по отношению к доброму имени Антиллесов. Раз уж она открыла свою принадлежность к известной фамилии, то просто обязана добавить ей ещё славы. Провести корабль через все манёвры так точно, чтобы наблюдающие даже не поняли, как ей это удаётся.
