Я помню, как впервые она признала, что хочет другой жизни. Она призналась, что, когда была в моем возрасте, то хотела покинуть Джорджию и найти жизнь вдали от поместья Монтегю. Крепко держа мои руки, со слезами на ее голубых глазах, она сказала мне, чтобы я не совершала ее ошибок. Уезжала и открывала для себя мир за пределами Саванны.
Всю мою жизнь, мне говорили, что активами Монтегю не управляли от имени моего отчима, Алтона Фитцджеральда, и так как я Коллинз, в один прекрасный день я смогу занять свое законное место. Это было то, что моя бабушка, дедушка и мама сказали мне, когда я была достаточно взрослой, чтобы запомнить, что я наследница престижного имени. Так как во время поездки за город мой отец погиб в автокатастрофе, когда мне было всего три года, я не могу вспомнить, что он говорил мне о будущем.
В конце августа во второй половине дня, выйдя из самолета в Сан-Франциско, я решила сделать то, что моя мать никогда не могла - открыть для себя жизнь не Александрии, а Алекс. Небо было ободряюще голубое. Впервые в моей жизни мне показалось, что тучи, которые маячили вокруг поместья Монтегю, не могли достать меня. На западном побережье я могла дышать.
Будто бы почти в девятнадцать лет у меня произошло возрождение, я оставила Александрию позади и стала Алекс Коллинз. Так как мое обучение было оплачено моим трастовым фондом, ни имя Монтегю, ни Фитцджеральд не вызывали ассоциации с новой мной. Я полагаю, что, если кто-то начал бы копаться в моем прошлом, оно могло быть раскрыто, но никому не нужно было этого делать. С финансовой стороной вопроса мне помогла справиться юридическая фирма моих дедушки и бабушки. Даже сейчас, когда я поднимаюсь в стеклянном лифте отеля «Дель-Мар & Спа», только юридическая фирма «Гамильтон и Портер» в курсе моего местонахождения. Ведь именно они спонсировали нашу поездку. Мама и ее муж в этом участия не принимали.
В течение четырех лет я могла жить, как хочу, без чьих-либо указаний. Я создала идеальную личность с настоящими личностными гранями. Я отпустила призраков прошлого и обнаружила, что жизнь может мне предложить много чего еще. Хотя Алекс отличалась от Александрии, я иногда задавалась вопросом, была ли хоть одна из них действительно мной.
Может быть, в течение одной недели я смогла бы жить без давления моей старой или новой жизни. Может быть, я могла бы воспринимать жизнь, как это делали другие, как Челси, полностью отвязаться от монстров моего прошлого и устремлений будущего. Александрия Чарльз Монтегю Коллинз была моей идеальной защитной оболочкой.
Алекс Коллинз имела будущее и восходящую карьеру. А Чарли́ в течение одной недели хотела бы увидеть, какой жизнь может быть без прошлого и будущего.
- Смотри... нет, не надо, - прошептала Челси, когда она прикрыла губы краем модного журнала, а солнцезащитные очки, закрывавшие глаза, осмотрели палубу вокруг большого бассейна.
- Как я могу смотреть и не смотреть? - спросила я игриво, потягивая клубнично-манговый коктейль.
- Видишь вон тех парней?
- Ты сказала мне не смотреть, - напомнила я ей. Тем не менее, я видела их. Было трудно, невозможно, не смотреть. Клиенты эксклюзивного курорта были прекрасны. Ведь курорт ориентирован на состоятельных людей, и те потратили много денег, чтобы поддерживать свою безупречность.
- Взгляни мельком.
Когда я повернула голову, то поймала взгляд мужчины, примерно нашего возраста. Загорелый, светлые волосы, и смотрел в нашем направлении, даже не притворяясь, что смотрит в другое место. Спустив на нос солнцезащитные очки, он выглянул из-за оправы, поднял брови и улыбнулся. Его ухмылка на сомкнутых губах была дерзкой и уверенной.
Моим первым побуждением было спрятать загоревшиеся глаза, но я почувствовала, как мои щеки порозовели, и в этот момент вспомнила свою миссию. Это моя неделя
Опустив свои очки, я вернула ему ухмылку.
- Вот черт, - прошептала я. - Он идет сюда.
Почти выронив свой журнал, Челси устроилась повыше в шезлонге.
- Я сказала взгляни, а не пригласи его к нам.
У меня не было времени ответить, прежде чем мистер Загорелый Сёрфер и его не менее привлекательный друг были у изножья наших шезлонгов.
- Привет, мы не видели вас двоих здесь раньше, - сказал мистер Сёрфер.
- Мы приехали вчера вечером, - ответила Челси.
Второй парень протянул руку.
- Привет, я Шон, а это мой пронырливый друг, Макс.
- Я Челси и это... - она посмотрела в мою сторону, - ...это Чарли́.
Макс поднял бровь.
- Вы не похожи на Чарли́, которых я когда-либо встречал.
- Чарли́ с ударением на «и».
Он сел на краю моего лежака.
– Ну, «Чарли́ с ударением на и», вы хотели бы выпить?
Я повернулась к своему наполовину заполненному стакану с коктейлем.
- У меня есть, спасибо. К тому же, сейчас еще даже не полдень. Не рановато для выпивки?
Шон рассмеялся.
- Мы же на отдыхе, и, если вы еще не слышали, здесь всегда около пяти.
Челси спустила ноги с шезлонга и протянула руку Шону.
- Я слышала это, и с удовольствием бы выпила.
