К полудню Милаши успела собрать и отправить в карету уложенные в две сумки вещи, ссыпать в два мешочка заготовленные амулеты посланники, договорится с Сыском, зайти попрощаться к принцу и к Императору. И вот забегавшаяся девушка свернула с залитой солнцем аллеи в всегда затенённый двор и в полной мере насладилась открывшимся зрелищем.
Возле приготовленной кареты среди ожидавшего отряда нетерпеливо расхаживал Его Светлость Тор Мёран, поглядывая то на один выход во двор, то на другой. Тут ему на глаза попалась худая фигурка, запрятанная в светло-голубой наряд. Безмятежная шутесса настолько не походила на ожидаемого им кого-нибудь из уважаемых дворян из свиты Императора, что он споткнулся и замер. А Милаши тем временем подошла, приветственно кивнула, помахала рукой нескольким знакомцам, назначенным в эскорт, и буркнув “поехали” села в карету. Мёран, опомнившись, присоединился к ней.
Дни пути по Императорским дорогам летели и тянулись одновременно. Тор опасливо посматривал на спутницу, сменившую шутовской наряд на обычную одежду и смывшую грим, недоумевал, почему с таким важным поручением отправили девицу лет пятнадцати-шеснадцати. Его спутница же первую половину пути просто напросто проспала, просыпаясь, когда они останавливались в тавернах и гостевых домах, да и то, только чтобы поесть и удалится в выделенную ей комнату. Вторую половину пути посланница вела себя ещё более странно. Она, потратив ночь на получение писем, углубилась в изучение вороха бумаг.
И вот, спустя неделю, до замка восставших дворян осталось несколько часов пути по извилистым провинциальных дорогам. Правитель Мёран, глава дома эланеев этой провинции, опасливо посматривал на дверь гостевого дома, ожидая задерживающуюся спутницу. И дождался, когда с крыльца легкими шагами сбежала Милаши, вновь одетая шутом, только выбравшая в этот раз костюм из серой и коричневой мешковины, с подкрашенным серым лицом и с распущенными волосами, густой волной накрывшими спину.
— Успокойтесь, Ваша Светлость, — обратилась к нему девушка. — Просто подождите несколько дней и получите повторную присягу.
— Надеюсь, Вы знаете что делаете, — попытался смириться правитель и присоединился к девушке в карете.
Но успокоиться у него не получалось. Он наблюдал за любознательно разглядывающей в окошко пейзажи спутницей и начинал верить, что Императору зачем-то потребовалась война. А тем временем карета с эскортом подъехала к воротам замка — основательно и со знанием военного дела выстроенной крепости. Милаши вышла, захватив несколько листов из своих кип документов и закрыв перед носом правителя дверь.
— Вех лейтенант, устраивайтесь в ближайшем гостевом доме и ждите меня там, — приказала девушка главе эскорта. — Я скоро присоединюсь.
— Керра, это может быть небезопасно, — нахмурился командир.
— Тогда как устроитесь, пришлёте кого-нибудь меня встретить. Идите.
Как только карета скрылась из виду, девушка постучалась в ворота.
— Кого там принесло! — раздался недовольный голос то ли привратника, то ли караульного солдата. — Милостыню не подаём.
— Я переговорщик по вопросам присяги. Позови хозяина замка, чтобы он встретил меня, — уверенно потребовала девушка, но услышала в ответ смех. — Живо! — рявкнула она тоном, не допускающим сомнения в том, что приказ выполнят.
Этот приём сработал, и Милаши услышала топот тяжелых сапог, бегом удаляющихся от ворот. Но вскоре солдат вернулся с отказом.
— Не хочет спуститься, значит, — с ледяным спокойствием повторила девушка ответ показавшегося из калитки караульного. — Так пусть передумает, прибыл посол от Императора Ногарда Девяносто Седьмого! Я требую, чтобы хозяин замка меня встретил лично со всеми полагающимися почестями! — повелительно отчитала она и показала бумагу, опечатанную по низу сургучом с императорскими печатями.
В этот раз стражник, после короткого изумлённого замешательства, стрелой полетел вглубь замка. И в этот раз он запыхавшись вернулся быстрее, чтобы пряча глаза предложить проводить её в зал. Но хозяин выйти лично отказался.
— Я запомню это. Я вернусь через час, пусть подумает, — спокойно сообщила девушка и отправилась обедать.
Через час, как и обещала, Милаши вернулась. Всё так же одетая в мешковину, одна и с бумагами в руке. В этот раз на её требование Их Сиятельства Лохары ответили более осторожно. К ней вышли наследник дома с матерью и, покосившись на печати, вежливо улыбаясь, проводили в зал.
Зал приемов с тёсанным каменным полом и затянутыми гобеленами стенами, встретил девушку настороженной прохладой. Присутствующие благородные, до половины заполнившие просторную комнату, выстроили что-то похожее на живой коридор до помоста правителя, и каждый ощупывал Милаши колючим оценивающим взглядом.
— Приветствую тебя, — хмуро проговорил сидящий в кресле мужчина, а сопровождавшие девушку женщина с парнем заняли свои места за его спиной. — Представься, — потребовал он уверенней, разглядев Милаши.
