Предательство шута полностью

— Ну, кроме того, что глава посольской палаты не поверил в версию внезапной болезни Императора и отказался подчиняться твоим приказам, к нам едут послы, — с издевкой отрапортовал чиновник.

— Так Императрица же уехала к ним с визитами?

— А Императрица не может решать вопросы войны и мира. Мы обрадовались, что армии и половины гвардии нет в Столице, а теперь нам придется объяснять послам, что наши солдаты забыли на пути к Аркалии и как это согласуется с нашими свеженькими пактами о ненападении.

— О, Тёмные Боги! Если бы было у нас это несчастное тело, как бы всё было проще.

— Ага, очень просто. Обвинить шпионов в убийстве, семью Императрицы в сговоре, а её саму в измене и лишить короны. А тебя быстренько короновать, как сына двоюродной сестры прошлого Императора и ближайшего родственника, — чиновник из посольского приказа расточал яд.

— И всё бы получилось. Императрица выпила «Кровь Дурмана», и, если бы не пролила вино, то свидетелем измены была бы половина двора. И если бы Императора не увели гвардейцы… Да как они это смогли, должны же были быть пьяными! — вышел из себя Рор и пнул стол.

— А кто виноват в этом? А теперь мы даже заставить шута говорить не можем, чтобы не поджечь Столицу и сохранить хоть какой-то правомерный вид нашего положения.

— Рор, успокойся. У нас ещё и казначей закрыл доступ к казне и вход в казначейство. А в саму Сокровищницу попасть мы тоже не можем без ключа.

— Вот и думай, как выйти из ситуации. А то ты уж больно сильно верил, что править легко. Пойдемте, оставим его ненадолго, — обрубил спор стоявший возле окна мятежник.

И, почти не разговаривая между собой, бунтовщики вышли из кабинета. А Рор Соль остался наедине со своими мыслями. Он сел в Императорское кресло и задумался.

Вот кабинет Императоров. Окно, шторы, ширма у стены, стеллаж для книг, рабочий стол и столик для бесед, неуместные разномастные кресла. Мечта долгих и долгих лет — кабинет Императора. Он мечтал оказаться здесь с самой своей первой встречи с наследным принцем, но смог попасть сюда только сейчас… И — ничего.

Тогда, пятнадцать лет назад, к ним в гости привезли одетого в траур мальчика и весь дом будто сошел с ума. Каждый старался угодить принцу настолько, что даже любимый пирог Рора отдали гостю, тихо приговаривая «не будь жадным, это же принц». И гостя со словами «Это будущий Император» усадили за стол на то место, на котором до этого сидел Рор. И весь дом Соль кланялся мальчишке на два года младше старшего и единственного сына всеми обожаемого наследника рода.

Потом, когда мальчика призвали ко двору, он вновь встретился с принцем. Хар обрадовался ему, позвал на прогулку и привел к гробнице своей матери. Будущий Император гладил камень и тихо благодарил Рора за гостеприимство и понимание его дома, проявленные к скорбящему ребенку…

А теперь Рор сам занял место Хара, но к нему не проявили уважения даже те, кто привел его сюда. Советники, министры, гвардия гордо молчат, Тайный Сыск вообще стоит пустым. И радости от возможности занять кабинет Императора не было и в помине.

— Ваше Сиятельство. Могу я взять Имперскую печать в футляре? — вежливый вопрос вырвал Рора из задумчивости.

— Мастер Горон, зачем?

— Мне необходимо попасть в сокровищницу, — немного помявшись, объяснил старый маг.

— Зачем?

— Не могу сказать.

— Тогда нельзя. Вдруг вы хотите её вынести из дворца…

— Да как вы посмели подумать такое! — возмутился придворный маг, а до мятежника дошел запах вина. — Чтобы я, годами следящий за Чашей, что-то сделал с печатью! Это же немыслимо даже предположить!

— Стоп, стоп, стоп, что ещё за Чаша?

Маг прикусил язык, спохватившись, что проговорился, но пришлось объяснять, чтобы получить возможность подпитать артефакт. А потом Рор увязался за Гороном в зал, где и хранилась Чаша, и вызнал, зачем она. Как только мятежник с магом вошли в Зал Крови, Рор торжествующе улыбнулся — Чаша показывала, что ребенок Ногарда девяносто седьмого в Столице. А значит — ещё остался шанс вернуться к первоначальному плану.

***

Прошла уже полная неделя со дня мятежа и ещё чуть-чуть дней. Но положение захвативших власть нисколько не укрепилось. Они объявили Рора наместником на время внезапной болезни Императора и в виду отсутствия в Столице Императрицы, даже подделали приказ и печать под ним, но… ни советники, ни министры не допускали к себе Рора и его людей, оставшиеся гвардейцы были заперты в казарме, а Тайный Сыск опустел. Но мятежники не отступали от своей цели и решились провести очередной прием делегаций, потренироваться перед прибытием послов.

— Уверен, что стоит допустить на аудиенцию шута? — спрашивал у Рора один из его товарищей, взявший роль первого советника. — Она так и не сказала, где Император.

— Император в Столице. Будем искать дальше, тем более иногда его видят в трактирах и гостевых домах. А шут… — Рор скрипнул зубами, — Нам и так почти не верят, а Милаши одним своим присутствием подтвердит наши права. Все знают, что приёмов императорского двора не бывает без шута.

— Ну так пригласили бы другого. Мало ли шутов!