Но это не означало, что он собирается сдаться.
Стражники вели его через один из крытых переходов, соединяющих дворцовые здания, двое крепко держали его под руки, остальные шли впереди и позади. С неба моросило, но жёны всё равно вышли в сад: шестеро разучивали танец, а Сайлас наблюдал за ними.
Как и следовало ожидать, конвоиры также засмотрелись на танцующих женщин – вернее на то, как облепляли их тела промокшие платья, – и тут Арен увидел новую возможность.
Он резко качнулся вбок и своим превосходящим весом впечатал стражника слева от себя в перила, чтобы тот проломил их и выпал наружу, но сам при этом крепко в него вцепился.
Стражник с криком перевалился за край, но Арен не выпустил его, используя их двойной вес, чтобы освободиться от хватки второго конвоира. Оба они рухнули вниз, Арен обхватил стражника так, чтобы основной удар о землю пришёлся на чужое тело.
Больно было всё равно.
Но он впервые сумел оторваться от своей охраны и намеревался извлечь из этого всю возможную выгоду.
Игнорируя вопящих вдалеке жён из гарема, Арен поднялся и настолько быстро, насколько позволяла цепь на ногах, шаркающей походкой похромал к открытой канализационной решётке в той же части сада.
Зазвенели тревожные колокола, послышались крики: сбежались маридринцы, и Арен внимательно следил за их движениями, петляя между статуями и растениями в горшках.
Впереди уже видна была решётка, закреплённая только с одной стороны слива. Если бы он только смог попасть внутрь, тогда…
Сильный удар по спине сбил его с ног, а затем сверху навалились несколько человек. Под их весом Арен с трудом мог дышать.
– Не можешь просто так сдаться, не так ли? – донёсся до его ушей голос Сайласа. – Я уже начинаю задумываться, не больше ли от вас вреда, чем проку, мастер Кертелл. Не будь я человеком чести, ваша голова уже торчала бы на воротах Венции сегодня днём.
– Я видал крыс, у которых чести побольше, – выплюнул Арен и двинул локтем в лицо одному из стражников – стон боли вознаградил его усилия. – Ты зря тратишь время: Лара не станет рисковать своей шкурой ради спасения моей. Ей такое несвойственно.
– Ты так уверен? – Сайлас низко наклонился, его лицо оказалось всего в нескольких дюймах от лица Арена. – И надолго ли ты сохранишь рассудок, когда мы заживо снимем с неё кожу, а потом подвесим на стене у тебя на виду?
Арен не смог бы сбросить с себя нескольких солдат, но всё равно продолжал яростно барахтаться под их весом, желая лишь одного: убить человека, стоящего перед ним.
– Как дикий пёс, пытающийся сбежать из клетки, – поделился Сайлас с замершими позади него жёнами. – Готов переломать себе все кости о прутья, невзирая на тщетность своих усилий. Такова суть его породы, мои дорогие. Они, итиканцы, совсем не похожи на нас.
В гневе Арен оскалился, и несколько девушек встревоженно отшатнулись.
– Не бойтесь, дорогие мои, – усмехнулся Сайлас и вытянул вперёд одну из них, судя по округляющемуся животу, на ранних сроках беременности. – У этого пса крепкий намордник.
Солдаты дождались, пока Сайлас и его жёны уйдут, затем постепенно выбрались из кучи-малы. Когда Арена рывком подняли на ноги, он зацепился взглядом за башню, поднимавшуюся высоко в небо, и у него возникла идея.
В одном Сайлас не ошибся: Арен ничем не был похож на него. И теперь пришло время вспомнить, как нужно мыслить итиканцу.
Лара стояла у прилавка кондитера, Бронвин – чуть позади. Обе пробовали сладости.
– Ну где она? – пробубнила Брон, засовывая в рот ещё одну палочку солёной карамели.
– Скоро будет.
Послание для Лары с просьбой прийти доставили в лавку Бет этим утром, и у Лары до сих пор всё внутри скручивалось от переживаний и тревоги.
Дверь открылась.
– Подождите снаружи! – прикрикнул знакомый голос. – Не желаю, чтобы вы капали водой на мои покупки!
Другие посетители повернулись, Лара сделала то же самое и увидела, что в кондитерскую зашла тётушка Коралин, причём одежда у неё была совершенно сухая, а обувь удивительным образом чистая.
Кондитер торопливо собрал образцы своего товара на поднос и поставил на прилавок ровно в тот момент, когда Коралин подошла к Ларе. Пожилая дама взяла одну шоколадку, мельком рассмотрела и отправила в рот. Жуя шоколад, она тихо пробормотала:
– Это от твоего мужа.
– Простите, моя госпожа? – кондитер наклонился над стойкой.
– Я сказала, что возьму сотню вот этих.
Глаза мужчины просияли, и он повернулся, чтобы достать из-под прилавка форму заказа. А в это время Коралин сунула Ларе в руку листок бумаги.
– Час настал.
Это должен быть ужин, решил Арен. Только там они с Заррой оказывались в одной комнате, и, хотя можно было отыскать более удобное время и место, чтобы спасти его одного, необходимость вытащить на свободу ещё и валькоттского генерала заставляла пренебречь опасностью подобного шага. Так что всё должно случиться за ужином.
