Это было единственное, что он запомнил из разговоров отца о машинах.
- Иди гуляй, умник!
Димка как будто не расслышал.
- Ты мне книжки привез?.. Глеб, ты обещал!
- В сумке на верстаке. Возьми сам, у меня руки, - он продемонстрировал перемазанные мазутом ладони.
Мальчишка присвистнул и сиганул через калитку. Восторженное "о!", "вот это класс!", "здорово!" немедленно донеслось из сарая. Глеб улыбнулся, прогоняя накатившую тоску. Глядя на беспечного мальца, он невольно вспоминал Ивара. Было нечто общее у этих разных во всех отношениях людей. Куда бы привела дорога, успей он тогда скрыться вместе с юношей от Северянина и его подручных? Но колея, круто повернув однажды, не допускала возврата, а память не имела ни единого шанса изменить минувшее.
- Дима, захвати маме продукты, - окликнула с крыльца тетя Вера. - Томочка, а ты Семеновым корзинку занеси.
Тамара, в высоких резиновых сапогах не по размеру и в накидке до пят, остановилась в палисаднике.
- Я к ним не хочу. Они на небо смотрят. Я не люблю, когда они говорят с небом.
- Я сам к Семеновым зайду, - поспешил выручить девочку Глеб. - Через полчаса. Ладно?
Тетя Вера пожала плечами.
Дом Семеновых стоял на окраине деревни в компании двух заброшенных изб. Его окружал сгнивший до основания забор и густая сетка голого кустарника. Навстречу Глебу вышла молодая деваха в розовом платочке.
- Привет, - она застенчиво опустила глаза.
- Пригласи человека в дом! - раздался из курятника строгий голос матери.
- Проходи, Глеб, - девушка посторонилась, не отрывая взгляд от сломанной ступеньки.
- Спасибо, - он сделал несколько шагов в сенях. - Борис Сергеевич привез продукты. Это вам.
- Благодарствуйте. Ты не был у нас в горнице? Проходи, проходи. Господь велит встречать каждого, кто постучался в дверь.
Елена мягко переступила порог следом за гостем и, обратясь на передний угол, поклонилась изображению женщины в старинных одеяниях, держащей на руках голого младенца. Глеб впервые воочию увидал икону, ставшую притчей во языцех для всей деревни. Что-то в изображении ему не понравилось. Он попробовал с помощью аналитики выгрести из памяти все, что встречал на тему иконописи, но в последний момент ограничился простецким вопросом:
- Православная богоматерь?
- Да. Пресвятая Дева Мария.
Повеяло холодом. Нечто мерзлое таилось в прозвучавших словах, в гармоничном на первый взгляд изображении, в стенах и предметах горницы. Глеб вспомнил величественные златоглавые храмы, истерзанные временем деревенские церквухи и людей, входящих в божьи обители. Оглядываясь назад сейчас, с высоты взятых рубежей, он определил, что ощущения, полученные в результате наблюдений за верующими, были неоднозначные. Некоторые представлялись ему "теплыми", большинство - обычными, нейтральными. Но ни разу еще ему не приходилось встречать явственный колючий "холод".
На улице под старательным апрельским солнцем Глеб почувствовал себя значительно свободнее и еще раз оглянулся на избу Семеновых.
- Форма и содержание, - подытожил он вслух. - Форма поддерживается искусственными правилами, в том числе - религиозными. Так общество сохраняет видимую целостность. А содержание зависит исключительно от человека и от его места в системе "человек - земля".
Он поискал глазами собеседника, но кроме кошки на завалинке, занятой своей особой, поблизости никого не оказалось. Рассуждать мысленно было неприятно, и все же Глеб вернулся к прежнему способу построения выводов.
Под формой можно тщательно упрятать содержание, как под маской спрятать лицо. Но я сейчас каким-то образом увидел именно лицо. То, что всегда видит Тома... И почему я до сих пор не понимаю, что такое тамарин "цветок"? Прочему она продолжает говорить о поисках дивного дома? Не потому ли...
Ответ обрушился как гром среди ясного неба.
Тамара живет внутри земли, а не смотрит со стороны, как большинство людей. Она берет из нее силы и отдает ей свои через человека, через животных и растения. Бориса Сергеевича по праву считают старостой - старшим из равных, потому что он черпает мощь из природы и из человеческого сообщества и своим "теплом" поддерживает односельчан. Логики в этом нет, зато есть диво земное, объединяющее всех в одно целое.
Перед глазами раскинулось мокрое поле, недавно сбросившее с плеч ледяной покров зимы.
- Я знаю дорогу к горизонту, земля! - сильный голос раскатился по непаханому простору. - Возьми меня и позволь мне войти.
