Хорошая выправка, уверенный вид выдавали в нем опытного вояку. Согласно табели о рангах, старший сержант был помощником командира роты по подготовке, в некотором роде начальник небольшого штаба. Он отвечал за индивидуальную подготовку солдат, контролировал учебный процесс.
В прежней армии Русинии институт унтер-офицеров был развит довольно сильно. Стать младшим командиром мог только профессионал, отслуживший не менее двух лет рядовым, прошедший специальную полковую школу унтер-офицерского состава и получивший годовую практику.
Первичная должность унтер-офицера — командир отделения (командир артиллерийского расчета, командир танка). Им становится ефрейтор. Сержант занимает должность заместителя командира взвода. Так как младший офицер приходит на взвод, чтобы получить навык командования подразделением, и через два года уходит, то сержант фактически командует взводом.
Старший сержант работает при управлении роты. Главный сержант занимает должность инструктора батальона. Его сфера деятельности — индивидуальная и тактическая подготовка солдат, совершенствование уровня знаний унтер-офицерского состава, доподготовка, какую должен пройти унтер-офицер, чтобы занять вышестоящую должность.
Старшина — высший чин унтер-офицера. Помощник начальника полковой школы младших командиров, инструктор, ответственный за весь унтер-офицерский штат полка (более трехсот пятидесяти человек). Также может быть помощником командира батальона по обеспечению либо начальником вещевого склада полка.
Возрастной потолок службы унтер-офицера — пятьдесят лет. При условии, что он сдает все положенные нормативы и выполняет свои обязанности. Так вот звание старшины и должность помощника начальника полковой школы младший командир мог получить только после двадцати лет службы. Должность главного сержанта — после пятнадцати. Старшего сержанта — после десяти. Сержанта — после пяти.
Таким образом, на каждой ступени надо было прослужить минимум пять лет. Понятно, что профессиональный уровень унтер-офицера был очень высок.
Правда, это было до войны. Сейчас же большая часть довоенного штата выбыла из строя. Кто-то погиб, кто-то сделал карьеру, получив чин офицера в армии новых республик, каганатов, анклавов. Кто-то покинул ряды.
Младшими командирами становились солдаты, вставшие в строй уже после начала войны. Это были гражданские специалисты, рабочие, техники, инженеры. Те, кто пережил первые месяцы и выдвинулся благодаря своим личным качествам.
Ради справедливости надо сказать, что из них выходили неплохие унтер-офицеры, способные командовать подразделениями, учить новобранцев и вести их в бой.
Наверняка и этот старший сержант из «военного» набора. Видимо, он командует прибывшим отрядом. Наверное, высшее начальство не считает необходимым посылать сюда офицеров. Их и так не хватает.
Увидев меня, Голыбин приветственно кивнул и сказал сержанту:
— Вот ваш проводник. Он покажет дорогу до поселков, обрисует обстановку на месте. Знакомьтесь — Артур Томилин.
— Старший сержант Нестеров. Богдан, — представился тот, пожимая мне руку.
Чуть ниже меня ростом, крепкий, подтянутый. На вид ему тридцать, может, чуть больше. Волосы русые, черты лица резкие. Взгляд очень уверенный, спокойный. И вообще он производит впечатление несуетливого человека.
— Познакомились, теперь давайте к делу, — сказал Голыбин. — Ваш маршрут — Доруча, Краменец, Сабатид. В каждом поселке надо оставить по одному отряду. У вас всего шестьдесят три человека, значит, по двадцать одному на поселок. Как и что оборудовать и обустраивать — решите на месте. Для помощи выделяем вам несколько человек из строительной бригады, материалы и кое-какую технику. Вот Владимир Андреевич отдает вам лучших специалистов.
Бригадир согласно закивал.
— Остальные вопросы мы обговорили. Так что можете выезжать.
Голыбин повернулся ко мне:
— Ты на чем? На мотоцикле?
— Нет. На джипе.
— Да ну? — удивленно поднял бровь начальник управления. — И как он? Успели отремонтировать?
— Успели. Под окнами стоит. Можно взглянуть.
Все вместе подошли к окну. Голыбин бросил взгляд на «алдан» и изумленно присвистнул:
— Ого! Вот так игрушка! Сверкает, как новый! А мотор?
— В полном порядке. Ходовая, управление, зажигание — все в норме. Идет почти бесшумно, легко.
— И сколько он может взять?
— Тонну.
— Это значит, на нем можно грузы на посты доставлять? — Голыбин одобрительно покачал головой. — Замечательно. Кто постарался? Лопатин?
— Михалыч, — подтвердил я. — Золотые руки.
Сержант тоже с интересом смотрел на машину. Потом спросил:
— Откуда такое чудо?
— Трофей, — вместо меня ответил Голыбин. — Взят в бою с превосходящими силами противника. Артур лично постарался.
Начальнику управления было приятно, что его подчиненный, не военный по профессии, проявил себя в качестве бойца.
Я поймал внимательный взгляд сержанта. Видно, он по достоинству оценил информацию и составил обо мне определенное мнение.
