Я плохо помнил, как подошел к дому, как поднялся по лестнице на этаж и позвонил в дверь. И только когда Милена возникла на пороге, радостно улыбнулась и чмокнула меня в щеку, немного пришел в себя.
– Здравствуй, дорогой! Ты быстро вернулся… Как съездил?
В голубых глазах играли огоньки, на сочных губах цвела улыбка.
– Нормально, – едва выдавил я из себя. – Все хорошо…
– Проходи. Я тут порядок навожу. Вчера некогда было этим заниматься. Ты есть хочешь?
– Да нет. Успел перекусить…
Милена исчезла на кухне, через минуту вышла.
– Может быть, сходим позже куда-нибудь? Кстати, отец звонил, приглашал в ресторан. Нас с тобой! – многозначительным тоном добавила она.
Я пожал плечами, выдавил слабую улыбку. Надо было приступать к делу, а у меня язык присох. И слова нужные так и не появились в голове. В голове вообще пусто. Выдуло все…
Милена на месте не стояла. Сновала по квартире из одной комнаты во вторую, из второй – в третью, оттуда – на кухню. Мимоходом рассказывала о делах, о события, о встречах со старыми знакомыми.
– …Я в Самак позвонила – редактору нашему. Он как услышал, обрадовался… Говорит, что места себе не находил, переживал за меня. Рассказал, что ты нагрянул к нему – страшный, злой. Требовал сказать, где я. Перепугал насмерть…
Она заглянула в комнату, посмотрела на меня и добавила:
– Кстати, тебе привет от Голыбина. Он все жалеет, что ты ушел с работы…
– Угу.
Милена опять ушла. Что-то там делала в спальне, потом появилась в другом наряде. Старые выцветшие джинсы и короткую маечку сменили шорты и футболка.
– Так лучше? – спросила она, встав прямо передо мной. Обычно я такого шанса не упускал и хватал ее в объятия. Сейчас же только кивнул.
– Отлично.
– Обзвонила подружек. Тех, кто еще в городе. Поболтали немного… Две замуж вышли, за военных. Одна уже ребенка ждет.
На ее губах заиграл загадочная улыбка.
– Вот и пришла пора моим ровесницам детей заводить… Все приглашали меня к себе – посидеть, поговорить… Даже не знаю. Хочется увидеть всех.
Она опять убежала. Вскоре из ванной донесся приглушенный гул мотора стиральной машинки. Моя красавица устроила стирку.
Я смотрел в окно, пытаясь отыскать слова, с которых следовало начать. Но ничего более подходящего, кроме «понимаешь, так надо…», на ум не приходило. Ум сегодня тоже отказал. А хронометр уже отсчитал первый час отпущенного времени. И тянуть до последней минуты нежелательно…
– …Отец по моей просьбе подобрал список вакансий. Это по работе. И настойчиво предлагает идти к нему. Если и не в управление, то в структуру. Еще уговаривает идти учиться. Я даже не знаю. Война закончена. Надо получать образование. Как считаешь?
– Да. Образование очень нужно.
– А как же жить? Ты ведь тоже пока без работы. Или уже нашел?
– Да нет. Пока не искал…
– А деньги нам будут нужны. Теперь будут очень нужны! – загадочно произнесла Милена, глядя на меня хитрым взглядом.
– Ясно, – не очень вдаваясь в смысл сказанного, кивнул я.
Мое отчаяние росло с каждой секундой. Так дальше нельзя. Хватит молчать! Ну что ты как тряпка! Девчонка уже планы на жизнь строит, о будущем думает. Рассчитывает на тебя. А ты как идиот – киваешь и улыбаешься. Хорош! Не тяни резину! Потом еще хуже будет.
Милена опять ушла, на этот раз минуты на три-четыре. Что-то делала на кухне. По квартире она так и порхала. Настроение у нее отменное. Даже радостное. С чего бы это? Оттого что я приехал?..
Сейчас я ей настроение напрочь испорчу. И надолго… А что будет потом?! Нет, лучше не думать.
Она вошла в комнату, встала у двери, прислонившись к косяку, сложила руки на груди. С улыбкой посмотрела на меня. Потом улыбка погасла.
– Артур! Что с тобой?
Заметила наконец…
– Что произошло? – Она подошла ближе. – На тебе лица нет. Господи, я только что заметила. Болтала, болтала… что с тобой, мой милый?
Мягкая теплая рука коснулась моей щеки. Милена присела передо мной, заглянула в глаза.
– Ты в порядке? Если бы!..
Я встал с кресла, взял Милену за руки и усадил на свое место.
– Посиди.
Она смотрела на меня удивленными глазами, не зная, что сказать. Мое поведение было ей непонятно. И это тревожило.
Я отошел к окну, глубоко вздохнул, словно перед прыжком, и развернулся. Увидел полный тревоги и волнения взгляд Милены и понял, что дальше тянуть не только бессмысленно, но и жестоко. Кашлянул, прочищая горло, и сказал первое слово:
– Милена… Помнишь, я рассказывал о том, что родился в пригороде Тарсата. И там жил.
– Д-да…
– Это не совсем так. В Тарсате я был всего один раз. Когда оформлял бумаги на работу в Самаке. На самом деле я родился совершенно в другом месте. Очень далеко отсюда. И сейчас мне надо возвращаться обратно. Домой.
– Куда? – тихим голосом спросила она. – Где это – далеко? В Америке?
– Нет. Гораздо дальше.
– В Австралии?
– Мой дом еще дальше, чем Америка и Австралия. Я обязан вернуться.
– Когда? – бесцветным голосом осведомилась она.
– Сегодня. Сейчас…
Вся радость, веселье, хорошее настроение покинули Милену в один миг. Она еще толком не понимала происходящего, но уже знала главное – любимый человек покидает ее. Навсегда.
